Турбины и реактивные двигатели взвихрили оставшуюся после наводнения воду вокруг приземляющейся металлической конструкции, отбросили жидкость и мусор в стороны. Когда они отключились, вода устремилась обратно, закручиваясь вокруг металлических ног.
Механизм был приземистым, с низкой посадкой, змееподобной головой и гибким сегментированным телом. У него были четыре ноги и длинный хвост, зигзагом тянущийся по земле, тоже сегментированный. Он бы и сам по себе выглядел угрожающе, но четыре двигателя, по два на каждом наплечнике, были каким-то сочетанием орудийной батареи и силовой установки. Они щетинились пушками и ракетами. Он ненадолго открыл пасть, чтобы выпустить пар, и я увидела внутри ещё больше орудий. Самым заметным из них была какая-то огромная пушка.
Это объясняло, почему замолчала Дракон. Когда она говорила о подкреплении, то имела в виду себя.
— Так, — сказала Сплетница, пятясь и направляя оружие то на Сталевара, то на Дракона, — хорошая новость: Дракон разработала эту модель с упором на скорость, чтобы добираться куда надо как можно быстрее. К примеру, из Торонто в Броктон Бей, чтобы лично разобраться с группой злодеев-подростков. Вряд ли эта модель годится для серьёзного боя.
Я взглянула на плечи Дракона, ощетинившиеся орудиями. Если бы я не знала о способностях Сплетницы, я бы вряд ли ей поверила.
— Это, конечно, хорошо, — ответил Регент, — только она нас и в несерьёзном бою уделает.
— Лучший Технарь в мире? Скорее всего, — не могла не согласиться Сплетница.
Я оглянулась назад, на мучительно медленно поднимавшегося Сталевара. Он уже остывал. Собака рядом с Сукой зарычала.
Сплетница продолжила:
— Плохая новость: Протекторат прибудет сюда примерно через минуту, Мрак всё ещё обездвижен, и почти нет надежды на то, что мы успеем смыться до их прибытия.
10.05
Четыре двигателя на плечах брони Дракона развернулись и оказались направлены в разные точки помещения. Сплетница повернулась и побежала первой, остальные рванули за ней, когда Дракон открыла огонь.
Она выпустила в зал четыре струи удерживающей пены: каждая наплечная турель фонтанировала, как брандспойт. Нас зацепили только брызги, но они быстро росли до размеров мандарина, и даже грейпфрута. Каждый такой пузырь был липким и клейким, а от попыток стереть его с себя он только размазывался, его поверхность сильнее открывалась для воздуха, увеличивалась — и он рос ещё больше.
Задержись мы на долю секунды, и дела наши были бы очень плохи.
Сталевар попытался перекрыть нам путь к отступлению, но Призрачный Сталкер атаковала его при поддержке одной из собак — Бентли. Комбинация получилась весьма эффективной: Сталевар не мог размахнуться как следует для удара по собаке, потому что рисковал попасть по своему товарищу. Под управлением Регента Призрачный Сталкер дралась, не уделяя никакого внимания защите и не пытаясь беречь себя, и, по-своему, этот стиль боя оказался эффективнее любого другого. Я была совершенно уверена, что до сих пор Сталевару не доводилось противостоять кому-нибудь, кто бы изо всех сил старался подставиться под удар.
Я стягивала насекомых к зданию с самого прибытия и сейчас начала использовать их в бою, пока Дракон продолжала заливать зал пеной. Первая идея, которую я попробовала — перехватывать пену насекомыми. Я не ожидала, что они смогут остановить поток пены, но надеялась, что смогу заставить их ловить её капли и падать на Дракона, прилипая к ней. Не сработало — поток был слишком сильным, насекомых сносило слишком далеко. На Дракона попала разве что парочка капель, и вряд ли это могло угрожать функционированию бронекостюма.
Я сменила тактику. Идея осталась той же самой, но я перестала тратить силы, пытаясь заблокировать её системы или забить стволы, раз уж это получалось настолько неэффективно. Я начала сажать насекомых на всё, что хотя бы отдалённо напоминало сенсоры — на стеклянные панели или отверстия в броне. Остальной рой я стала собирать на осколках стекла, устилавших пол. Лапки насекомых и паукообразных щетинистые, а щетинки покрыты волосками. Эти волоски, за счёт сил Ван-дер-Ваальса, цепляются даже за такие скользкие поверхности, как стекло.
Я готовила ответный ход.
Но я использовала особенности лапок не для того, чтобы удерживать букашек на поверхности. Вместо этого, я заставляла их поднимать и собирать осколки. Шесть-семь насекомых могут приподнять вполне приличный осколок. Двадцать-тридцать могут лететь с ним, если я всё сделаю правильно.