Судя по тому, как толпа подразделялась на отдельные группки, можно было заключить, что "сила" здесь не обязательно означала физическую мощь. Те группы, которые превосходили остальных числом или были лучше вооружены, могли делать всё, что захотят. Если же их было мало, или они были невооруженными слабаками, то просто превращались в жертв.
— Хочешь купить девушку? Или, может быть, парня? — пристал к Малому один из торговцев. За ним, под присмотром ещё одного Барыги, были выстроены в линию несколько мужчин и женщин. Рабы или шлюхи? Я была не уверена, что хочу знать верный ответ.
— Нет, — ответил Малой. — У меня есть девушка.
— Тогда прикупи вторую! Может, интересует ещё что-нибудь? Есть патроны, есть разные ништяки. Выпивку? Плохиша? Ка? Декаданс? Безумца? Или, может, кокс?
— Не интересует, — отрезал Малой.
— Не интересует... — с недоверчивым видом Барыга почесал подбородок. — Океюшки.
— Погоди, — улыбнулась Лиза.— Хочу Декаданс. Почём?
— Двадцать за дозу.
— С хера ли? — ответила она. — Столько не стоит даже чистый, а это явно не тот случай. Восемь баксов.
— О, да у нас тут эксперт! Ну, не стоит винить меня за попытку. Вы же сами понимаете, как тяжело достать товар в нынешние времена. Десять.
— Восемь.
Торговец оглянулся по сторонам и несколько секунд просто смотрел на Лизу, после чего сдался:
— Восемь.
— По одной мне и двум моим друзьям. Получается двадцать четыре?
— Двадцать четыре, — охотно кивнул тот.
Лиза дала ему двадцатку и десятку, после чего забрала сдачу и три таблетки.
— Открой ротик, это экстази, — повернулась она ко мне.
— Может не стоит? — ответила я, вполне закономерно нервничая. Мне не очень хотелось резко ей отказывать и рисковать разрушить наше прикрытие, но и наркотики я принимать точно не желала. Мне не нравилась даже сама идея употреблять наркотики, не говоря уже о том, чтобы делать это здесь, в этом хаосе.
— Доверься мне.
Я послушно открыла рот. Лиза положила мне на язык одну маленькую таблетку и повернулась к Бруксу, чтобы дать ему ещё одну точно такую же.
Пока наши телохранители вели нас сквозь толпу, Лиза приблизилась ко мне, чтобы наши головы соприкоснулись.
— Это были пустышки. Небольшой фокус в моем исполнении. Всё только для вида, так что не парься.
— Бля, могла бы и раньше сказать, — прошипела я. Честно говоря, я была не уверена, что она расслышала меня из-за долбящей по ушам музыки, но уж кто-кто, а Лиза могла догадаться, о чём речь.
Около стен стояло ещё много людей, торговавших наркотиками и крадеными вещами. Некоторые из них были ещё и сутенерами, другие предлагали за деньги себя, третьи обыскивали магазины торгового центра, чтобы затем продать или обменять найденное. Крыша в центре здания обвалилась, и около огромной дыры, сквозь которую было видно темнеющее небо, стояли подпорки. Под этим участком отрытого неба вечеринка была уже в самом разгаре. Люди танцевали, дрались, сбивались в группки, хором орали что-то под музыку. Иногда два или три этих пункта за раз.
Как только мы вышли на более-менее свободное пространство, Лиза собрала всех нас вместе.
— Мы ищем этого парня, — достала я фотографию.
Никто не стал возмущаться по этому поводу, даже Брукс. Сенегал убрал с лица ухмылку и настроился на рабочий лад. Он стоял справа от меня и с высоты своего роста мог смотреть поверх собравшейся толпы. Напротив него Малой занимался тем же самым. Лиза и я остались стоять между ними, а Брукс и Челюсть отправились на самостоятельные поиски.
Кто-то упал на землю прямо перед нами. Уронивший его человек тут же начал пинать упавшего по лицу, подбадриваемый собравшейся толпой. Мы обошли эту группу и столкнулись со своеобразным представлением.
Сценой для него служила передняя витрина магазина женской одежды, ограждающие её стекла были выбиты. Там, рядом с манекенами, стояли три женщины и девушка. Женщины примеряли одежду, раздеваясь у всех на виду, и одевая то, что бросали им из толпы. Их глаза были тусклыми, как у наркоманов, а кожа блестела от пота. Улыбаясь, они обольстительно выгибались и обнимали манекены, демонстрируя одежду, как будто толпа собралась тут на показ мод, а не для того, чтобы поглазеть на их голые тела.
Стоявшая на правом краю витрины девушка-подросток отличалась от них. У неё были тёмные волосы, а лицо накрашено так, будто макияж наносил впервые взявшийся за это человек. Девушка судорожно сжимала обеими руками воротник своей толстовки и в панике отступила назад, когда толпа ломанулась к ней, протягивая руки. Она была босиком и не могла слезть с витрины, не наступив на стекло, а любые попытки сбежать только привели бы её в руки толпы Барыг. Даже если она и приняла те же наркотики, что и остальные женщины, страх уже заставил её протрезветь. По виду она находилась в ясном уме, хоть и была смертельно напугана. У неё не было красного браслета на руке. Она здесь не по своей воле.