Джейми нахмурилась:
— Погодите, вы что, наделяете силами и тех, кто хочет стать злодеем?
— Мы даём силы всем, кто платит. Если из-за угрызений совести вы хотите прекратить этот разговор, мы можем немедленно вернуть вас в амбар.
Джейми замялась, потом покачала головой.
— Всё нормально.
— В исследования входит анализ крови, мониторинг организма под нагрузкой, МРТ, КТ, рентген и секвенирование ДНК методом Торстена. Всё это требуется, в первую очередь, для наших целей. При желании, за небольшую доплату, вы можете организовать и провести анализы у своего врача. Или совсем пропустить их, заплатив крупный взнос.
Взносы и доплаты. Нет. Дополнительные анализы не настолько важны, чтобы тратить на них свои деньги.
— Вы можете начать исследования в любое время, — сказала Джейми.
— Хорошо. Заранее извиняюсь, но скажу прямо: деятельность Котла проходит в обстановке совершенной секретности. Это звучит грубо, но имейте в виду, что если вы хоть как-то разгласите происходящее здесь, мы узнаем об этом и будем вынуждены принять меры. Даже в том случае, если вы решите ничего не подписывать.
— Какие меры?
— В зависимости от уровня угрозы. Некоторые клиенты потратили сотни миллионов долларов на продукты и услуги, которые мы предлагаем. Наш долг — защитить их.
— Какие именно меры? Вы меня убьёте?
— Мы стараемся избегать убийств при ведении дел. Не из соображений морали, а чтобы не привлекать лишнего внимания. Обычная процедура при разглашении — дискредитация разгласившего. Кроме этого, работающие на нас паралюди заставляют нарушителя уйти в бега или лишают суперсил. Или и то, и другое.
“Стараемся избегать убийств”. Формулировка подразумевает, что Доктор или Котёл прежде уже доходили до этого. Ей это не нравилось — и особенно ей не нравилось, как Доктор сказала об убийствах. Будто Джейми не должна обращать внимание на подобные несущественные мелочи.
— Хорошо. Я не собираюсь нарушать правила.
— Немногие нарушают. Так или иначе, я должна была проинформировать вас. Теперь расскажите мне о себе, Джейми. Я знаю, что ваш отец полицейский.
— Ага, он детектив.
— Это как-то связано с тем, почему вы здесь?
Джейми нахмурилась и отвела взгляд.
— Да.
— Рассказывайте.
— Год назад… Точнее, началось всё два года назад. Местные герои арестовали двух преступников: Шомпола и Руно, отчасти благодаря работе моего отца. Руно обвиняли по Закону трёх ошибок, а Шомпола — за преднамеренное убийство. Их посадили в специальные камеры, назначили дату суда, и всё шло нормально. Мой отец собирал доказательства, заключал сделки с информаторами, которые хотели свидетельствовать анонимно, и всё такое. Судебный процесс занимает гораздо больше времени, чем показывают по телевизору.
— Несомненно.
— В конце концов, после года разбирательств и одной мелкой апелляции их приговорили к тому, что они заслужили — заключению в Клетке. А потом кое-кто организовал им побег.
— Кажется, я начинаю понимать.
Джейми на секунду прикусила губу. Одна мысль об этом приводила её в бешенство.
— Его зовут Сумасброд. Его нанимают, чтобы вытаскивать людей из тюрьмы — иногда прямо в процессе конвоирования в Клетку. И это… неправильно. Так быть не должно. Месяцы или годы расследований, полиция и герои рискуют жизнями, чтобы найти и арестовать преступников, потом год судебного разбирательства, и всё это псу под хвост из-за одного единственного ёбаного мудака со сверхспособностями?
— И вы провели последний год в поисках какого-нибудь способа заполучить сверхспособности, чтобы это исправить?
— Я хочу остановить его. И не только его. Хочу, чтобы в работе следователей был смысл, даже если придётся играть нечестно — потому что злодеи-то играют нечестно! Преступления не должны оставаться безнаказанными.
Доктор набрала что-то на клавиатуре, сделала паузу и набрала еще пару слов.
— Сумасброд. Что ж, хорошая новость — он не один из наших клиентов. Так что тут наши интересы не пересекаются. Плохая — он Контакт-7 по классификации СКП.
Джейми помрачнела.
— Я знаю. Отец выяснял. Я немало времени провела, изучая досье Сумасброда
— Я оценила состояние ваших финансов…
— У меня есть дом в городе. Отец не знает о нём, так что продать будет легко. Я ни с кем не близка настолько, чтобы возникли вопросы, куда я потратила эти деньги. Я смотрела цены, думаю, смогу выручить семьсот пятьдесят тысяч долларов.
— Можно ускорить процесс продажи. Котёл готов выкупить дом немедленно за семьсот тридцать тысяч и сдавать его вам, если хотите. Мы лучше продадим его, когда нам будет удобно, чем станем ждать, пока вы найдёте покупателя.