Не дожидаясь, пока воздействие Панацеи выведет меня из строя, я направила стрекоз — те подхватили отравленных мух и убили их, разодрав на куски.
Когда мы прибыли, Панацея, скрестив руки, уже ждала нас в переулке. Её тёмные волосы были заправлены под армейскую сетчатую кепку, низко надвинутую на голову.
Она выглядела истощённой, вымотанной. У неё был столь же опустошённый взгляд, как у её сестры и тёти в день нападения Губителя.
— Я вижу, ты привела с собой ещё двух всадников апокалипсиса. Где четвертый?
Я покачала головой:
— Всадники апокалипсиса?
— Неважно.
Я спрыгнула со спины Люси:
— Просто хочу поговорить.
— Я не могу убежать от этих собак, у вас численное преимущество и наверняка есть оружие. Думаю, мне нечего вам противопоставить.
— Хорошо, — сказала я. — Потому что, как я и сказала, я всего лишь хочу поговорить. Я могу убрать оружие, если тебе так будет проще.
— В этом нет необходимости.
Она шагнула немного назад, и мне показалось, что Панацея готова пуститься наутёк. Мы наверняка сможем её поймать, но это разговору скорее навредит. Любой возможный диалог из беседы превратится в допрос.
— Ладно. Мрак, Сука, дадите нам поговорить? Оставайтесь на расстоянии крика.
— Конечно. Ты проверяешь окрестности?
— Ага. Пока никаких проблем.
Он кивнул, и оба направили своих собак в сторону.
— Что происходит? — спросила Панацея.
— Это то, что я хотела спросить. Почему ты в убежище, Панацея?
— Не называй меня так.
Я подняла руки, чтобы остановить её:
— Ладно. Почему ты в убежище, Эми?
— Каким боком это тебя касается?
— Потому что двое из моих товарищей были выбраны Девяткой, и Джек Остряк запустил свою версию “Последнего Героя” с кандидатами в качестве игроков.
— “Последнего Героя”?
Что-то в положении её тела неуловимо изменилось. Беспокоится за себя? За сестру? Ещё за кого-то?
— Они не сообщили тебе? Ты не получила письма со списком? — спросила я.
— Я прошлую ночь спала в другом месте. Услышала от одноклассника, что тётя меня ищет, и на всякий случай смылась.
Наверное, можно чуть надавить и получить больше подробностей. Но я подозревала, что разговор пройдёт лучше, если я сама буду делиться информацией, а не только вытягивать её из Эми:
— Девятка установила себе временной предел для испытания и устранения шести кандидатов. Они хотят испытать кандидатов и убить тех, кто не справится — пока не останется один. Наша цель — спасти кандидатов. Так что, когда Сплетница обнаружила, что ты здесь, а не со своей семьёй — а нам известно, что шестого кандидата они выбрали из героев — это привлекло наше внимание.
— Кто… кто остальные кандидаты?
— Регент, Сука, Крюковолк, Оружейник…
— Оружейник?
— Да. Но, может быть, тут вышло как с Душечкой, которая выбрала Регента скорее с целью нагадить ему, чем заслуженно.
— Ясно.
— Хотя может и нет…. Я общалась с ним. Оружейник и впрямь пересёк черту во время нападения Губителя.
— А пятый?
— Не кейп. Я не знаю подробностей, но она в надёжном месте.
Эми заёрзала:
— Я сбегу отсюда.
— Куда?
— Подальше. Не хочу принимать участие во всём этом.
— Ты не можешь сбежать.
— Почему нет? Я могу найти место, чтобы спрятаться, пока всё не утихнет.
— Пока ты в Броктон-бэй, тебя выследят с помощью способностей Душечки из Девятки. Она может обнаружить любого из нас. Она читает эмоции и может найти каждого через половину города. Вероятно, именно так они нашли кандидатов.
— Тогда я уеду из города. Я в любом случае собиралась.
— Блядь, жаль, что у меня нет с собой письма Девятки, — пробурчала я. Затем нормально сказала:
— Нет, ты не можешь уехать из города. На этот случай Ампутация приготовила чуму или что-то вроде того. Если ты кандидат и покинешь город, они запустят эпидемию. Они ясно выразились, что используют чуму, чтобы побудить двух героев, выбранных в кандидаты, соблюдать правила.
— Героев, — пробормотала Эми, — ну конечно...
— Ты правда кандидат?
Она снова вздрогнула:
— Ампутация выбрала меня.
— Ты знаешь почему?
Она горько сказала:
— А как ты думаешь, почему? Она считает, что я хорошо подхожу. И потому что моя сила дополняет её.
— Хорошо подходишь? Я бы не подумала, что ты подходишь Девятке — судя по тем случаям, когда мы с тобой пересекались.
— Нет? — спросила Эми с сарказмом. — Почему это “ты бы не подумала”? Слышала же, что сказала Сплетница. Я дочь злодея. Я не добрая, не сострадательная, не прощающая и не внимательная к другим. Вместо того, чтобы дать тебе второй шанс, я была злобной, играла с твоими чувствами и всё вышло из-под контроля. Ты знаешь, сколько проблем это принесло моей семье? Директор СКП, Легенда, и Мисс Ополчение приходили к нам домой и отчитывали меня, рассказывая, какими серьёзными были события и как деликатны отношения между разными группами.