— О чём я и говорю, — сказала Лиза. — У кого-то ещё есть значимые возражения?
Я покачала головой. Я переживу, если Неформалы узнают о моем плане. Если всё пойдёт наперекосяк, они всё равно узнают.
Странники вышли, а Птица-Хрусталь вошла и встала охранять вход. Оставшиеся расселись поудобнее. Лиза набрала номер и переключила разговор на громкую связь. Прошло два гудка, прежде чем Душечка ответила.
— Наконец-то, — раздался её голос.
— Твои две минуты начинаются прямо сейчас, — предупредила Лиза.
— У меня должно быть четыре, раз уж я общаюсь лишь с одной группой.
— Одна минута, пятьдесят пять секунд, — ответила Лиза.
— С чего бы начать? Привет, братик. Хочешь, чтобы я рассказала, что ты на самом деле вытворял, пока жил дома?
— Это как-то скучно, — ответил Алек.
— Да ну? Изнасилования — забавная штука. Люди, братец, склонны смотреть сквозь пальцы даже на самое дерьмовое, жуткое и отвратительное поведение того, кого они лично знают. Но если ткнуть их носом, отмахнуться будет не так-то просто.
Изнасилование. Веское слово, но Душечка права. Она сама ужасный человек, я это точно знаю, но она права. Хочу ли я действительно знать, что натворил Регент до нашей с ним встречи? Изнасилования. Убийства. Он только этим утром говорил, что совершал ошибки из-за своей юности — но это всего лишь оправдания. Он делал всё это, и последствия его поступков вполне реальны.
— Тебе ли не знать, Шери. Ты делала то же, что и я, и даже больше.
— Но я-то не притворяюсь. Я — та, кто я есть, я не прячусь за маской, — ответила Душечка.
— А вот это явная ложь. Вряд ли ты покажешь своё настоящее лицо миру — оно слишком уродливо, чтоб на него смотреть.
— Ой-ой-ой, — произнесла Душечка с сарказмом, — думаешь, я не понимаю, что ты пытаешься сделать? Задерживаешь меня, чтоб оставить мне поменьше времени. Давай я начну? Поговорим про твоё первое убийство? Просто пацан, член одной из банд. Ты использовал его, чтобы добраться до босса, его старшего брата. Так папочка захотел. А потом папа приказал тебе убить и ребёнка. Но ты сделал это медленно, так ведь? Заставил его вонзать в себя вилку, снова, и снова, и снова…
— Имей в виду, что тогда я общался с тобой, подлым стариком и нашими братишками и сестричками. Мне не повезло ни с наследственностью ни с воспитанием. Вас лучше было всё время развлекать, чтобы не напороться на что-то похуже, а нашей семейке как раз нравились такие развлечения. То есть, нравятся. В настоящем времени.
— Может быть, может быть. А наркотики? Когда папочка заставлял тебя практиковаться в твоей силе, ты “угонял” несколько людей одновременно, использовал их тела, чтобы получать кайф без последствий для себя, устраивал оргии…
— Говорю же, я был ребёнком.
— И сколько можно этим оправдать?
Повисла пауза. Я посмотрела на Алека, он закатил глаза. Был ли он, как Брайан? Прятал эмоции глубоко внутри? Или он просто их не испытывал?
— Что насчет парня с тьмой? Хочешь поговорить о вчерашнем?
Я сжала кулаки. Лиза подняла руку, призывая меня остановиться.
— У тебя заканчивается время, Шери, — сказал Алек.
— Я рада возможности поговорить. Знаете, Ампутация жива. Манекен дал ей руки. Она планирует, как поступить с Мраком. Подумайте об этом. Она мечтает разобрать его на части, и во второй раз это будет больнее, вопрос чести для неё. Она буквально бредит этим, и она большая умничка, непременно придумает, как добиться своего.
Брайан отвернулся от телефона и посмотрел в окно. Я хотела подойти к нему, хоть как-то облегчить тяжесть его мыслей.
— Сука, ты ведь знаешь, что Рой предаст тебя снова. Посмотри на неё. Она гордится, что умна. Знаешь лучший способ почувствовать себя умным? Заставить других выглядеть глупо. А ты — самый глупый человек, до которого она может добраться.
Я напряглась. Не то чтобы я не ожидала реплик в таком духе, но их действенность целиком зависела от реакции Суки.
— Я, блядь, ненавижу людей, которые пытаются мной манипулировать, — прорычала Сука, — В следующий раз, когда увижу тебя, я тебе зубы в глотку вобью.
Очередная пауза.
— Ну, хорошо, — сказала Душечка.
— У тебя закончилось время, — отметил Алек. — Настала та часть, где ты можешь нас наебать, просто не сказав ни слова.
— С чего бы мне молчать? Я хочу, чтобы вы разобрались с Девяткой. Вы ведь убили Ожог? Справитесь с Сибирью — мне станет куда легче жить.
— Так значит, мы правы? — Лиза подалась вперёд. — У неё есть слабость. У неё есть настоящее тело?
— Да. Прямо сейчас оно не слишком далеко от вас.
В пяти метрах. Я вспомнила шутку Алека.