— Они ищут Панацею, — сказал Выверт. — Раскрой нам её местоположение, и ты сможешь отомстить Бойне за то, что они повернулись против тебя.
— Месть? Меня это нисколько не интересует. Я выучила свой урок, и сейчас я образцовый пример верности команде.
Выверт немного помолчал, затем произнёс:
— У меня есть для тебя заманчивое предложение. Думаю, твои нынешние условия не слишком комфортны.
— Не стоит надеяться, что эти щедроты будут доставлены лично в руки?
— Они будут доставлены при помощи дистанционного управления, так же, как и еда.
— Было бы здорово получить наушники и музыку, — сказала она. — Звуки волн, бьющих о корпус, сводят меня с ума.
— Это можно организовать.
— Да я тебя подъёбываю просто. Музыка, ха!
Слишком многое казалось неправильным. В том числе интонации Душечки. Я оглянулась по сторонам. Женщина до сих пор нас преследовала, бросаясь на каждую обманку, и обнаруживая, что они были ненастоящими, повторяла свои действия. Она медленно приближалась. Я приготовила Атланта, чтобы он был готов отвлечь её, если она подберётся ближе.
— Ты тянешь время? — спросил Выверт. — Не вижу смысла.
— Просто пытаюсь получить от вас хоть какую-то реакцию. Я так долго читала этикетки с грузовых контейнеров, что, кажется, почти свихнулась. Нужно хоть как-то развлекаться.
— Что тебе стоит сказать нам, где Панацея? — спросил Выверт.
— О, я чувствую себя такой щедрой, и хочу посмотреть, что из этого выйдет. Халявная подсказка: они в Аркадии. Где-то на верхнем этаже.
Халява. Что-то происходило, а я не имела понятия, что. Нужно сложить всё вместе, но у меня так мало информации.
— И возможно, что я смогу что-нибудь предложить вам за снисхождение ко мне. Может быть, вы даже захотите освободить меня, но я не настаиваю.
Чувство страха, которое преследовало меня, не увеличивалось с приближением женщины. Оно оставалось неизменным, как будто уже какое-то время я была под дулом пистолета, и кто-то держал палец на спусковом крючке.
— Я слушаю, — сказал Выверт. — Но если это что-то несерьёзное или очередная трата времени…
— Не-а. Ужасно важно. Я надеюсь, вы оцените по достоинству и отплатите мне добром.
— В чём дело? — спросила я.
— Оу, всё просто. Исходя из того, что я наблюдаю в городе, похоже, есть более серьёзный вопрос. Si Jack effugit civitatem, mundus terminabitur.
— Я не силён в латыни, — раздражённо заметил Выверт.
— Стыдно, Выверт, очень стыдно, — сказала Душечка. Её голос был слишком радостным. — Как ты можешь выдавать себя за образованного суперзлодея, если не способен изрекать мудрости на древнем языке? Моя сила даёт мне определённое преимущество в изучении языков — их проще учить, когда есть представление об эмоциях другого человека.
— Там было что-то про Джека? — спросила я. — Повторишь по-английски?
— Уже не важно, — отозвалась она. — Сообщение доставлено. Предоставляю вам самим поразмыслить над этим.
Какая же я тупица. И это вовсе не из-за миазмов. Всё встало на свои места.
Я попыталась не выдать себя голосом:
— Не думаю, что ты можешь рассчитывать на нашу добрую волю, если мы даже не можем понять, что за хуйню ты городишь. Выверт? Мы выдвигаемся.
— Сообщи мне, как только вы найдёте целителя, — сказал Выверт.
Я бросила трубку раньше, чем Душечка могла что-либо сказать, и посмотрела на остальных.
— Пойдём? Школа Аркадия?
Они кивнули.
Сердце билось с такой силой, что перед глазами всё плыло. Я повернула в сторону Аркадии, два члена Девятки пошли со мной. Спокойно, не выдавай того, что знаешь...
Если бы я могла направить ту женщину к нам…
Из-за эффекта миазмов я чуть не забыла отслеживать её. Сейчас она боролась с механическими пауками. Она то перемещалась на высоких скоростях, нанося сокрушительные удары, то дралась как обычный человек, постоянно чередуя эти два состояния. Я не знала, как помочь ей, а она, очевидно, была не в состоянии помочь мне.
Душечка только что вела двойной разговор, болтала с нами о чём-то, и в то же время обращалась к двум людям рядом со мной. Она рассказала им, где её держат, а также сообщила самое важное, из того, что знала, чтобы избежать участи быть замученной до смерти, когда они освободят её. Судя по тому, как она сказала о переданном сообщении, одним из моих спутников должен быть Джек.
Джеку суждено стать причиной конца света, если он покинет Броктон Бей, и теперь он знает об этом.
Я не могла встретиться с ними глазами, не хотела разговаривать, чтобы не выдать себя. Я еле могла дышать, опасаясь, что покажу свои эмоции.