— У засранца есть ребёнок? — недоверчиво пробормотал Звезда. — Сколько ей, пять?
— Шесть, — ответил Маркиз.
Шесть. Столько же, сколько и Вики. Выглядит младше.
— Она отправится к матери, — решила Леди Фотон.
— Я боюсь, её матери нет в живых. Рак. Амелия и я встретились позже. Около года назад. Теперь, когда я думаю об этом, то должен признать, я наслаждался её обществом больше, чем всеми своими преступлениями вместе взятыми. Довольно удивительно.
“Точно его дочь”, — подумала Брандиш. Сходство было поразительным. Нос отличался, брови тоже, но она была дочерью своего отца.
Внезапно ее осенило.
Она не могла отделаться от смутного воспоминания о безымянном человеке, которого она убила в ту ночь, когда обрела силы. Она ненавидела Маркиза настолько, что не могла выразить в словах, однако каждый раз, когда она сталкивалась с ним, её одолевали воспоминания о том событии. Вероятно, это не случайно.
Она задумалась: возможно ли, что это потому, что на каком-то уровне он ей нравился. Может быть, подсознательно она пытается защититься от повторения ошибки?
— Пожалуй, чересчур близко, дорогая Брандиш, — сказал Маркиз.
Она посмотрела вниз и увидела, что бессознательно надавила на лезвие. Когда она отодвинула его, то заметила, что у основания шеи остался ожог.
— Премного благодарен, — с лёгкой иронией произнес он.
Его манеры и вежливость были настоящими. Маркиз был честен, он играл по правилам. По своим правилам, однако он ни разу не отступил от них. Это не совпадало с её представлениями о злодеях. Это раздражало, создавало ощущение неправильности.
Ощущение усиливалось, когда она смотрела на маленькую брошенную девочку. Слой за слоем, собранные в одном человеке. Злодей, воспитанный человек, ребёнок.
— Вы не можете его забрать, — сказала им девочка.
— Он преступник, — возразила Брандиш. — Он совершил много плохих дел и должен отправиться в тюрьму.
— Нет, он же мой папа. Он читал мне на ночь, готовил кушать и смешил меня. Я люблю его больше всех на свете. Не забирайте его у меня. Не надо!
— Нам придётся. Таков закон.
— Нет! — закричала девочка. — Я ненавижу тебя! Ненавижу! Никогда тебя не прощу!
Брандиш потянулась, будто её прикосновение могло успокоить девочку.
Но девочка спряталась в чулан.
В темноту. Она чувствовала, что непреодолимая пропасть разделяет её и ребёнка.
— Вызовем СКП, — произнес Мегаватт. — Нужно взять Маркиза под стражу.
— Медицинская помощь тоже могла бы пригодиться, вы не могли бы это устроить? — спросил Маркиз.
— … и подлечить его, — завершил свою речь Мегаватт.
Брандиш отошла в сторону. Остальные разберутся. Она подождёт снаружи, направит службы к поместью мимо установленных Маркизом ловушек.
Она ещё ждала вызванные службы, когда наружу вышла Леди Фотон, ведя за руку ребенка. Она усадила девочку в машину и захлопнула дверь.
Леди Фотон подошла к стоящей на каменных ступенях Брандиш.
— Мы не можем отправить её в органы опеки. И речь идёт не только об угрозе со стороны его врагов. Как только люди узнают, что она дочь Маркиза, они начнут соревноваться за право добраться до неё.
— Сара... — начала Брандиш.
— А затем её похитят. Попытаются использовать её способности, а если она унаследовала хотя бы что-то от отца, то будет очень сильной.
— Значит, тебе нужно забрать её, — ответила Брандиш, несмотря на то, что мысленно просила сестру отказать. Идея заботиться о дочери Маркиза вызывала тревогу своим зловещим сходством с воспоминаниями, которые хоть и изредка, но возвращались, даже после того, как семья воссоединилась.
— У нас с Нилом мало денег, ты же знаешь. Нилу не везёт в поисках работы, и все наши накопления идут на дело Новой Волны, подготовка к которому займет еще несколько месяцев, а нам двоим нужно на что-то жить…
Брандиш поняла. С ужасным предчувствием она озвучила мысль вслух.
— Ты хочешь, чтобы мы с Марком её забрали.
— Ты должна это сделать. Амелия одного возраста с Вики. Думаю, они подружатся.
— Не очень хорошая идея.
— Почему ты так упрямишься?
Брандиш потрясла головой.
— Я… ты ведь помнишь, что я никогда не хотела иметь детей?
— Помнится, ты говорила что-то подобное. Но затем появилась Вики.
— Я согласилась на Вики только из-за Марка, и согласилась совсем не сразу.
— Марк поможет справиться и с Амелией.
Брандиш могла бы сказать, как Марк измотан. Что его обещания оказались пустыми. Она могла бы сказать, что он посещает психиатра из-за подозрения на клиническую депрессию. Но она промолчала.