Мы расположились так, чтобы Сука находилась перед Мраком, в основном для того, чтобы он мог её поддерживать, а Сплетница сидела за мной на Анжелике, обхватив меня здоровой рукой. Регент был один.
Мрак поднял руки и заполнил улицу тьмой.
Анжелика чуть не сбросила меня, сделав прыжок в темноту. Я находилась на существе, вдвое больше лошади, и при этом без седла, а она плохо подходила для того, чтобы ездить на ней верхом. Одна моя нога могла опираться на выступающий костяной вырост сбоку, а другая болталась, так как на другом боку ничего не было. Мои руки держались за ремни, которые мы одели на неё. Это единственное, что спасло меня от падения, когда она рванула вперёд со скоростью, наверное, позволившей бы ей обогнать любой автомобиль. Не то, чтобы нам по дороге встречались машины. Полиция и отряд реагирования на параугрозы блокируют область любых потенциальных разборок между кейпами. Я знала, что собака ничего не видела в темноте, это делало наше путешествие ещё более жутким. Она двигалась по запаху Брута, а Брут двигался по указаниям Мрака. Слепой вёл слепого.
Я должна была бояться, ничего не слыша и не видя, и зная, что могу упасть в любую секунду, но я ликовала. Даже когда Анжелика врезалась во что-то так сильно, что почти скинула нас, это не охладило мой пыл. Я кричала, вопила, и радовалась нашей победе, едва слыша собственные крики, поскольку тьма поглощала все звуки.
Мы справились. Я справилась. Мы сбежали, и никого не убили. Единственные пострадавшие — Стражи, Слава и Панацея, но все точно будут исцелены, поскольку там оставалась Панацея. Любой материальный ущерб был результатом действий Славы и Стражей. Я, возможно, заимела несколько врагов, напугала невинных людей, но я бы солгала себе, если б сказала, что этого можно было избежать. Короче говоря, всё сложилось как нельзя лучше.
Ладно, дела могли бы пойти и намного лучше, но в итоге? В целом, всё вышло совсем неплохо.
Сейчас Эгида уже наверное выбрался из щебня и взлетел на высоту птичьего полёта. Если Мрак сделал то, что мы планировали, то он заполнил каждую улицу и проулок, где мы проходили темнотой. Поэтому, Эгида не сможет понять, на каких улицах мы поворачивали и по каким прошли, он сможет лишь заметить места, где появляется новая темнота. Если он попытается приблизиться, чтобы взять нас, мы покинем это место, к тому времени, как он туда прибудет. Всё, что он мог сделать — следить за районом, где мы проходили.
Как раз тогда, когда я подумала, что не могу больше держаться, мы остановились. Мы со Сплетницей соскользнули с Анжелики. Кто-то, вероятно Мрак, сунул рюкзак мне в руки. Даже работая в полной темноте, мне удалось переодеться в обычную одежду, которую мы спрятали прежде, чем отправиться в банк. Мне дали зонтик и я с благодарностью развернула его одеревеневшими руками.
Было мучительно ожидать в темноте, чувствуя только как по зонтику ударяют капли дождя, и дают мне ощущение окружающего мира и того, сколько прошло времени.
А его прошло немало, прежде, чем я снова увидела окружающий мир. Мрак говорил, что его тьма проходила приблизительно через двадцать минут, но, похоже прошло значительно больше времени. Как только темнота исчезла, я увидела Лизу, сидящую в нескольких шагах перед обувным магазином, держа в одной руке поводок, а в другой бумажную сумку для покупок. Анжелика, теперь уже самая обычная собака, терпеливо сидела на другом конце поводка. Вокруг нас покупатели и пешеходы, каждый с зонтиком или плащом, испуганно озирались вокруг. После тишины во тьме звуки падающего дождя и человеческой речи освежали слух.
Лиза встала и подмигнула мне, потянув поводок, чтобы отвести Анжелику в сторону. Мы присоединились к толпе дезориентированных покупателей.
Если всё пойдёт согласно плану, Алек соскочит с собаки и переоденется в нормальную одежду так же, как и мы. Сука, Брайан и две собаки сделают последнюю остановку у ячейки для хранения возле доков. Там они переоденутся, отдохнут внутри несколько часов, и оставят деньги для босса. После того, как пройдёт достаточно много времени, чтобы герои прекратили преследование, они проделают свой путь назад, как и мы.
— Все вышли из этого невредимыми? — тихо спросила я Сплетницу. Мы шли под одним зонтиком, потому наш разговор не привлёк бы в толпе излишнего внимания.
— Никто из нас, героев или свидетелей не получил непоправимых ранений и не погиб, — подтвердила она.
— Тогда это удачный день, — сказала я.
— Очень удачный день, — согласилась она.
Мы спокойно шли под руку через центр города. Как и все остальные, мы вытягивали шею и поворачивали головы, чтобы проследить за патрульными машинами и фургонами СКП, которые мчались на место преступления, включив сирены. Две девочки, которые только что закончили ходить по магазинам, прогуливались с собакой.