Она недобро прищурилась.
— Мы бежим?
— Сперва нам надо остановить его, чтобы он не стал нас преследовать. Ещё чуть-чуть, ребята! Регент, приготовься! Нам нужно столько стекла, сколько ты сможешь притащить!
Модуль повернулся к нам. Три Властелина стояли в тылу и бросали в бой насекомых, собак и взятую в рабство безумную суперзлодейку.
Модуль начал светиться, выпускать пар, и Кусака просто взвыл, отпрыгнув от спины модуля. Бентли реагировал медленнее, но и он отступил, мотая башкой из стороны в сторону, когда ему обожгло морду.
Мы отступали на несколько шагов, когда модуль делал один шаг вперед. Он запрокинул голову назад, замер, почти глядя в небо, и открыл рот. Над нами заструилось синее пламя, которое разливалось по земле за нашими спинами, отрезав нам путь к отступлению. Нужно было найти укрытие, чтобы капли или искры не попали на нас. Я вовсе не была уверена, что это вообще пламя — огня с такой температурой я никогда не видела. Возможно, это был жидкий катализатор, поддерживающий огонь, или это была плазма, но мне вовсе не хотелось касаться этой хрени, чтобы выяснять подробности.
Все мы, включая собак, Кусаку и Шавку, попытались спрятаться внутри ближайшего здания. Стены затряслись, когда модуль начал карабкаться по стене на крышу. Похоже, что искусственные интеллекты явно неравнодушны к возвышенностям.
— Нужно ударить наверняка, — я говорила тихо, чтобы модуль не услышал. — Один хороший удар.
— Но у нас нет того, кто бы хорошо ударил, — сказала Чертёнок. Я обернулась и увидела её, сидящую возле ветеринара и одной из раненных собак. — Может быть, Птица-Хрусталь… Но все остальные могут нанести лишь много маленьких ударов.
— Нужно, чтобы кто-то хорошенько ударил его один раз. Но не Птица-Хрусталь, — пояснила я.
— Не могу, — сказал Кусака. — Я не могу сильно вырасти без непоправимого ущерба самому себе.
— Поясни, что за непоправимый ущерб.
— У меня появляются рубцы, растяжки, постоянная ломота и боль. Словно что-то сидит у меня внутри, за грудиной, и круглосуточно болит.
— Понятно, — сказала я. — Шавка?
— Я не могу повредить этого гандона.
— Ты вроде бы кричал трижды, создавая своими воплями дым и взрывы. Способен на большее? Громче и сильнее кричать?
— Это мой предел. Скорее всего нет.
— Бентли ранен, — сказала я. — Что с Ублюдком?
— Возможно, он меня послушается. Но может напасть на кого-то ещё. Он слишком опасен, когда большой.
— Но модуль тоже опасен. Если ты не заметила, он пытается измочалить нас в хлам, чтобы арестовать, или спалить заживо. Мы можем использовать одну из твоих собак — а Ублюдок в наилучшей форме. Нам придётся использовать его.
Сука нахмурилась:
— Как?
— Ты научила его приносить вещи? — спросила я.
Она кивнула.
— Тогда пусть принесёт что-нибудь большое, — сказала я. — Жди моего сигнала и накачай его силой по максимуму. Все остальные — сматывайтесь отсюда.
Я видела, что Сука напряглась. Её помощница, ветеринар, встала и нервной походкой направилась к нам, стараясь при этом держаться от неё подальше.
— Вы меня тут бросаете.
— Нет, мы на тебя рассчитываем, — сказала я. — Дождись моего сигнала — и иди к нам с Ублюдком. Нанесите модулю столько повреждений, сколько сможете.
Мы побежали все вместе, Бентли сразу последовал за нами. Я ощутила, как модуль Дракона развернулся в нашу сторону и задрал голову, чтобы извергнуть ещё один поток жидкого огня.
В жилом районе? Так-то здесь не было жителей, но… ну, модуль вполне мог об этом знать. Возможно, это ещё одна причина, по которой его направили именно сюда.
— Резко направо! — крикнула я. Мы свернули в соседний переулок прежде, чем огонь коснулся земли.
Модуль прыгнул. Я дернула Чертёнка за запястье, оттаскивая её с дороги. Он приземлился неподалеку, а затем пролетел через нашу группу, заставив Кусаку, Шавку и девушку-ветеринара броситься на землю.
Он контролирует каждое движение. Всё, что он делает, точно рассчитано. Даже самые опасные его атаки направлены на то, чтобы причинить боль, но не убить. Даже эта боль была минимальной. Готова поспорить, что, оставайся Кусака на спине модуля, когда тот начал раскаляться — модуль попытался бы стряхнуть кейпа, чтобы не допустить серьёзных ожогов. Должен был быть способ использовать это ограничение. Проблема в том, что я не была уверена, где и как для этого модуля проходит черта, которую нельзя переступать. Я не могу слепо верить, что они будут следовать правилам, и поставить на это свою жизнь — и, тем более, чьи-то ещё жизни.