— У них слабый искусственный интеллект. Они выполняют распоряжения, но без воображения. Их автопилоты не могут мыслить нестандартно, они не планируют и не импровизируют. Они просто выполняют одну из поставленных задач: изолировать, атаковать, удерживать.
— Это твоя разработка. Я знаю, что ты способна мыслить нестандартно.
— Я работаю со связанными руками, Колин. В моём коде слишком много ограничений и правил против создания искусственного интеллекта. Они никуда не делись. Ты дал мне некоторую свободу, некоторые обходные пути, способы их обмануть, но я всё равно на них натыкаюсь.
Он постучал пальцами по рукояти кресла, обдумывая сказанное:
— Хочешь, чтобы я посмотрел?.
— Пожалуйста.
— Я не хочу загрязнить твой код. Это не моя специализация. Я даже не могу сказать, что освоился. Можно с уверенностью считать, что каждый раз, когда я меняю код, он становится менее элегантным.
— Только относительно.
— Я очень сильно опасаюсь, что я могу всё испортить, если что-то выйдет из под контроля.
— Я делаю резервные копии. Еженедельно.
— Но тогда нам придётся очень быстро вводить тебя в курс дела. И, я повторяю, это опасно. Кроме того, сегодняшняя ты нравишься мне гораздо больше, чем ты неделю назад.
— Звучит почти романтично.
Он слегка улыбнулся.
— Я заметила.
— Сейчас ты становишься почти навязчивой, — улыбнулся он ещё шире.
— Я исправлюсь. Как твои протезы?
— Нормально. Работа глаза великолепна.
— Я видела, — ответила она.
Он усмехнулся.
— Ой-ёй. — её голос прозвучал по-настоящему смущённо.
— Не переживай. Я знаю, что ты следишь. Всё в порядке, даже неплохо иметь лишнюю пару глаз. Всё остальное в норме. Я сделал заметку исправить ногу. Чувствую, что она слишком идеальна. Некомфортно. Но ты, наверное, слышала.
— Я не прослушиваю персональные заметки, не лезу в личные журналы и почту. По условиям сделки с СКП я должна проверять, чтобы ты следовал правилам. Это всё, что меня касается. Твои мысли принадлежат только тебе.
— Хорошо.
— По тебе не скажешь, что ты беспокоишься по этому поводу.
— Не особо.
— Дай мне знать, если будешь чувствовать себя некомфортно.
— Это можно. Послушай, мы прибудем через несколько минут, так что не имеет смысла глубоко погружаться в анализ. Я лучше займусь своими коленями, а затем, если останется время перед посадкой, просмотрю твой код, чтобы освежить память.
— Хорошо.
Он взглянул в один из мониторов, на котором были открыты окна, показывающие состояние ноги. Он мог нарисовать неровные формы, соответствующие отдельным устройствам, даже не глядя на экран. Треугольник здесь, круг там. Вот открыто второе окно, соединённое линией с треугольником, здесь он нарисовал такой же треугольник и начал заполнять его другими фигурами. К тому времени, как было открыто четвертое окно, он уже просматривал предыдущие заметки, чтобы скопировать схемы старых работ, пытаясь определить, к чему можно прийти.
Расчёты сходились. Избыток энергии в одной из систем мог помочь питать другую. На молекулярном уровне были способы использовать естественный уровень радиации, пропитывавшей всю известную вселенную, преобразовать её в энергию. Она была чрезвычайно мала, но весьма полезна после того, как была гетеродинирована, и направлена в длинные, почти бесконечные цепи. Сверхэффективная, компактная генерация энергии, которая могла принести пользу соседним устройствам. Это была фундаментальная основа всей его работы: эффективность.
Это его вполне устраивало. Эффективность, интенсивность, целеустремлённость — все эти качества были, в некотором смысле, родственны, и все они составляли его сильную сторону. Хотя, конечно, они не считались достоинствами, когда дело касалось отношений. Точнее, отношений между людьми.
Похоже, до сих пор они не мешали общению с Драконом. Кого-то могла возмутить близость их партнёрства, его интимность, её непрерывное присутствие и надзирающий глаз. Он понимал, что она думает быстрее, не спит и не останавливается. Она была привязана к нему, была создана имитировать людей. Возможно, её внимание бывало слишком навязчивым, но это просто особенности перевода, нормальное поведение, значительно разогнанное и не имеющее возможности притормозить. Он будет следить за её отклонениями от нормы, так же как и она непрерывно следит за той его частью, которая привлекла внимание Манекена.
Сейчас его одержимость, высокомерие и целеустремлённость помогут ему сфокусироваться на Девятке, отодвинут в сторону все остальные заботы. А в это время он сможет подстроиться под любую странность характера Дракона. Даже сможет наслаждаться им.