Я оценила нанесённый зданию ущерб. Попыталась представить сцену событий такой, какую я успела увидеть. Что там было? Кто там был?
Журналисты столпились у задней части помещения, они последними спускались по проходам позади толпы, когда все повскакивали с мест. Некоторые задержались, защищая оборудование или продолжая съёмку. Я осторожно провела одну муху над этой частью помещения, ощущая раздробленные доски, участки пола, заляпанные кровью, обугленную плоть.
Несколько Стражей оказывали помощь раненым. Очевидно, Стояк спас Стражей, однако не успел позаботиться о себе и сейчас лежал на полу. Сталевар оказывал ему первую помощь. Колесничего не было.
Сюда пришли сотни людей, и многие всё ещё были в здании, когда произошёл взрыв. Что случилось с отцом и ребёнком, связанным в вестибюле? С мэром, кандидатами и директором, которые были ранены и оставлены без всякой помощи после того, как люди, пытавшиеся им помочь, сами были отброшены взрывом в сторону?
Я не могла охватить всю сцену целиком, не собирая значительный рой. Но этого нельзя было делать, не раскрывая моего присутствия, а я была в крайне уязвимом положении.
Я пошарила вокруг, чтобы найти Курта и Лейси.
— Эй, детка, — сказала Лейси, — ты очнулась.
— Ты ранена?
— Совсем немного. Наверное, смещение позвонков. Скорее всего, не о чем беспокоиться, но очень болит, я лучше полежу неподвижно. Я наблюдала за твоим отцом, пыталась понять, дышит он, или мне это кажется. Ты вроде не в истерике, так что, как я понимаю, Денни в порядке?
— Думаю, да.
— Хорошо. Курт без сознания, но цел. Ты Александра поблизости не видишь?
Я несколько раз моргнула. Она не понимает, что я ничего не вижу?
— Нет.
— Хорошо, дорогая. Тебе пока лучше не двигаться.
Я покачала головой.
— Нет. Хочу посмотреть, может, кому-нибудь нужна помощь.
Она взяла меня за руку, собираясь что-то сказать, но поморщилась.
— Что такое?
— Очень больно. Может, не будешь двигаться? Так безопаснее всего.
Я покачала головой. Не могла сказать это вслух, но я прошла через достаточное количество потрясений и получила достаточно травм, чтобы понимать, что говорит мне боль. Я была почти уверена, что серьёзной опасности нет. Нутром чуяла.
Я оставила отца, Курта и Лейси и, опираясь на информацию от горстки насекомых, начала взбираться по лестнице на повреждённую сцену, пытаясь найти раненых на ощупь. Смутный обзор сцены был предоставлен мне осязанием, туманной картинкой от собственного зрения и чувствами насекомых. Какая-то женщина без сознания, как и мой отец. Мужчина, сжимающий низ живота, извивающийся от непрерывных мучений.
Мэр. Я подползла к нему, приложила пальцы к шее. Пульс был, хотя и слабый. Я призвала насекомых, спрятанных в гуще волос, и отправила их вниз по руке, нагибаясь над человеком, чтобы волосы скрыли от окружающих мои действия. Когда насекомые оказались на теле мэра, я отправила их искать раны, отмечая места, где была кровь. Нет смысла шарить руками вслепую. Не хотелось бы наткнуться на нож и вогнать его глубже в одну из артерий. Один из ножей, тот, который пронзил бедро, вышел из раны — вероятно, когда произошёл взрыв — и сейчас ничего не препятствовало текущей крови.
Я стянула свитер с пояса, оставив нож висеть за спиной, сложила рукав и прижала его к месту, куда проник нож. Этого было недостаточно, но я не была уверена, что способна сделать что-то ещё. У меня недостаточно сил, чтобы сжимать его грудную клетку.
— На помощь! — крикнула я. — Помогите кто-нибудь!
Никто не отозвался. Все, кто был в здании, либо занимались своими ранами, либо лежали без сознания, либо уже направлялись к выходу.
К чёрту их.
К чёрту Выверта. Я заставлю его за это ответить.
Да, я видела, как "Выверт" умер. Я не сомневалась, что и другие видели, возможно, даже камеры запечатлели эту сцену. Особенно камеры журналистов. Выверт спланировал это, использовал журналистов, положился на отсутствие связи и на то, что будут присутствовать важные фигуры. Он был слишком аккуратным, слишком озабоченным своим планом, чтобы не учесть все факторы. Да и то, что я знала о его силе, переворачивало представления о произошедшем с ног на голову. Он не начал бы действовать без прикрытия, без второй своей версии, которая оставалось укрытой в безопасности на подземной базе просто на всякий случай, если дела пойдут неважно.
Нет. Может, я и видела, как он умирает, но чем больше я думаю об этом, тем меньше верю в то, что это был именно Выверт.