— Хорошо, — сказала Амелия. — Я поняла. Спасибо.
«Могло быть и хуже», — подумал Маркиз. Это угнетало, но могло быть и хуже.
Учитель пожал плечами.
— В качестве благодарности исцели мой тюремный блок.
— Мы предоставим скидку, — сказал Маркиз.
— Меня это устроит, — кивнул Учитель. — Чего ты хочешь?
Обсуждение возобновилось, и Маркиз принялся аккуратно настраивать одних лидеров против других, управляя разговором и не делая никаких обещаний.
С этим он мог справиться. Он ощутил, как внутренний страх сменяется спокойной расслабленностью.
* * *
— Феи, — пробормотала Амелия. Они были на пути к общей обеденной зоне.
— Они не настоящие, — ответил Маркиз. — Она видит то, чего не можем увидеть мы: ауры, которые окружают силы. Она решила их так называть.
— Нет, — ответила Амелия. — Когда я коснулась её, я ощутила весь её организм. Я не видела то, что видит она, но я видела, что она удерживает их внутри себя, питается их энергией. И есть ещё три, позади неё, она использует энергию, чтобы поддерживать их... но они же не были активны?
— Она собирает души мёртвых и умирающих паралюдей, — ответил Маркиз. — Или даже души живых, которые пришлись ей не по вкусу. Хотя, на самом деле, это не души. Учитель говорит, это психические изображения, копии индивидуальных личностей, воспоминания и силы. Она может активировать некоторых и в любой момент делать с их помощью что угодно.
— Они не феи. И не души, и не психические копии. Силы не являются частями наших тел. Если бы это было так, я могла бы изменять их или отключать. Когда я коснулась...
— Зелёной Госпожи?
— Да. Я почувствовала, что нашла недостающее звено головоломки. Они разумны. Возможно, они спят, как она и говорила. Но они не глупы, и мне кажется, я начинаю понимать, что случится, когда они проснутся.
— Мы можем это использовать?
— Только не в Клетке.
— Как жаль.
— Господи, — пробормотала Амелия. — Зачем я просила отправить меня сюда? Если бы я поняла раньше...
— Зачем ты просила отправить тебя сюда?
Слова поразили её словно физический удар. Она снова обняла себя руками, и волосы закрыли лицо.
— Сестра. Я использовала свою силу на ней. Я разрушила её.
— Мне очень жаль. Соперничество между сёстрами? Драка?
— Любовь, — голос Амелии почти затих. Плечи сгорбились. Он взял её за руку и повёл в нишу, где немногие смогут увидеть, если она начнёт плакать.
— Любовь, увы. Самое жестокое из всех чувств. Мне очень жаль.
Маркиз подумал, стоит ли обнять её, но решил, что не стоит. Частично из-за того, как она реагировала на прикосновения раньше. Он должен дать ей время, чтобы подпустить его. С другой стороны, у него промелькнула мысль, что Зелёная Госпожа, кажется, считает, что девочка равна ей по могуществу.
Прошло много времени, прежде чем она заговорила.
— Ты как-то сказал, что нет ничего важнее семьи.
— Как-то так.
— Я... ты поймёшь, если я скажу, что не отношу тебя к семье? Я рада, что ты здесь, рада, что мы общаемся, но Виктория была моей настоящей семьёй.
— Да, я понимаю, — опыт помог скрыть боль, вызванную словами.
«Я оставил тебя им, поскольку был слишком горд, чтобы прекратить быть Маркизом из Броктон-Бей. Мне следует понимать, что ты привязалась к ним больше, чем ко мне, но я до сих пор не могу этого понять».
— Я чувствую, что должна что-то сделать. Кажется, это важно. Если бы я могла объяснить, рассказать кому-то, кто понимает...
— Боюсь, сбежать отсюда невозможно.
— И, — Амелия моргнула, чтобы прогнать слёзы из глаз, — Я уже чувствую, словно предала Викторию, что я уже забываю её. Всего несколько минут, которые я думаю о том, что узнала от этой девушки, я перестала думать о Виктории. Это по моей вине её больше нет, а осталось только та штука, которую я создала. Если я перестану думать о ней, если я перестану страдать, значит, я оскорбляю её.
— Я боюсь, боль не прекратится и не излечится так быстро, как ты думаешь. В конце концов, всё произошло недавно.
— Вот только... что если ли она прекратиться? Если я когда-нибудь забуду, значит, вычеркну её из полной картины. Не то, чтобы она была совершенна, но...
— Но ты хочешь сохранить память. Пойдём.
Он взял её за руку и потащил за собой. Она вытирала слёзы из глаз и сопли с верхней губы, но не протестовала.
И всё же он был рад, что к тому времени, как они пришли, её лицо было почти сухим. Технарь сидел в углу обеденной зоны, а его инструменты были разложены перед ним. Самодельные устройства, изготовленные из материалов, добытых из тюремного окружения.