Сам приказ, боюсь, я слишком хорошо расслышала и поняла. Мне помог контекст, по которому я догадалась о недостающих словах и заполнила пробелы.
"Сжечь всё дотла".
— Хуй тебе, — прошептала я, надавливая на доски. Закашлялась, когда вдохнула очередной клуб дыма, затем начала кашлять ещё сильнее из-за боли в груди и дыма, который втягивала в себя, пытаясь восстановить дыхание — это превращалось в замкнутый цикл. Люди Кальверта поджигали всё больше коктейлей Молотова и перекидывали их через возведённый забор. Один попал в здание. Второй — на крыльцо. Три или четыре последующих — на лужайку и окружающую территорию.
Кальверт глянул через плечо, затем уверенно подошёл к машине и сел на заднее сиденье. Не сказал водителю увезти его, нет — предпочёл смотреть, убедиться, что всё идёт по плану. То, что он сел в машину значило только то, что он ушёл из зоны поражения насекомых.
Не похоже, чтобы он волновался об укусах чёрных вдов.
Велика вероятность того, что он заранее принял нужное противоядие. Чёрт возьми, а ведь антидот от яда чёрных вдов помогает и против большинства остальных ядовитых пауков. Он, наверное, помучается лишь от побочных эффектов, да и то не сразу.
Мне надо собраться. Единственный человек, который сейчас в непосредственной опасности — это я сама.
Я подумала, не подождать ли, пока огонь ослабит половицы, затем перескочить через пену и спуститься на этаж ниже, и отбросила эту идею. Я могу потерять время, ожидая эту возможность, к тому же, есть большой шанс получить травму.
У меня только один возможный выход из комнаты — через окно. Пока что надо проигнорировать людей, собравшихся снаружи. Я рассмотрела вариант использовать нож, чтобы попробовать отжать доску от стены и рамы, но засомневалась, что у меня хватит сил, учитывая, как болит грудь, да и вряд ли я смогу отодвинуть доску достаточно далеко. Он завернул по три винта в каждое место крепления. Чёрт, я подозревала, что Кальверт учёл наличие у меня ножа, когда приказывал заколотить окно.
Я вытащила пистолет. Не уверена, как много информации есть у Кальверта, но он, похоже, не особо волновался, что я могу начать по нему стрелять. Или, может, решил, что сила даст ему возможность выбраться, если в одной из реальностей его застрелят.
Было трудно не просто двигаться и наводить пистолет, когда я ещё кашляла и шаталась от удара в грудь, а попасть именно туда, куда мне надо. У меня ограниченное количество боеприпасов и слишком много досок, чтобы тратить несколько пуль только на одну доску. Нет, лучше направлять выстрел так, чтобы поражать одной пулей несколько целей — и людей вокруг здания, и доски в комнате.
Отдача от выстрела оказалась настолько мощной, что боль в груди вспыхнула с новой силой. Я выронила оружие, сдерживая кашель. Глаза за линзами маски заслезились. Это мало на что-то влияло, учитывая, что я не могла видеть, но добавился ещё один отвлекающий фактор. От наклона боль удвоилась, так что я почти упала, кашляя так, что перед глазами появились пятна.
Пол был настолько горячим, что самые слабые насекомые умирали от соприкосновения с ним. В поисках пистолета — куда же я его уронила? — я шарила рукой и ощупывала пол с помощью более выносливых насекомых.
Подняв его, выстрелила ещё дважды. Преодолевая боль в груди, добралась до доски и отодвинула её. Выстрелом её разнесло на три части — две слева, одна справа — и мне пришлось повиснуть на ней, чтобы оторвать от рамы.
Ещё три пули и я смогла сломать ещё одну доску. Взяв один из обломков, я вставила его в щель между двумя досками, расширяя её.
Выстрелы привлекли их внимание. Кто-то выкрикнул приказ, и десяток пулемётов направили на окно. Я пригнулась, спряталась — не под окном, а почти в углу комнаты, легла ногами к раме, подняла руки за голову, прекрасно зная про горящую стену в пределах вытянутой руки.
Пули прошили и наружные, и внутренние стены. Одна прорезала пол и задела броню на руке. Это касание вызвало приступ кашля — ещё хуже прежних.
Мне нужно выбираться отсюда, и поскорее.
Они знали, что мне нужно выбираться, и не собирались дать мне такую возможность. Секундная пауза, пока солдаты вставляли новые магазины — или обоймы, как они правильно называются? Огнестрельное оружие — не моя тема. Они заменили обоймы и вновь открыли шквальный огонь.
Я не могла просто лежать, ждать, пока кто-нибудь достаточно удачливый пристрелит меня, или пока до меня дойдёт дым, или случится ещё какая-нибудь хуйня.
Насекомые, призванные моей силой, собирались снаружи, облепив крышу и стены с наружной стороны помещения. Я заметила тараканов и отправила их в машины, окружившие здание.