— Не вижу цели! — выкрикнул кто-то.
Сигнальная шашка прорезала воздух и приземлилась на траву в пятнадцати метрах справа от меня. Свет от неё позволит им видеть сквозь обманки. Если они смогут забросить ещё одну ближе ко мне, они увидят мой силуэт.
В воздух взлетели ещё несколько шашек, и я попыталась сместить их, пока они не упали слишком близко.
Я поддерживала давление, продолжала непредсказуемую атаку, которой Кальверт не мог ничего противопоставить. Я повторила примерно тот же трюк, который использовала, чтобы заставить солдата бросить гранату, намереваясь разрушить забор с противоположной стороны участка. Однако шнур, привязанный к ограде, оказался слишком тонким, и граната упала ближе к дому. Забор остался стоять, но солдаты отступили перед пылью, дымом и горячим воздухом, который поднимался над зданием.
— В следующий раз вытащу чеку из твоей гранаты.
— Залезу тебе в задницу и оставлю там несколько ленточных червей.
— Я сзади.
— Я заставлю многоножек заползти под твои веки. Они сожрут твои глаза целиком.
— Как ты думаешь, комары переносят ВИЧ?
Психологическое давление тоже очень важно.
— Не бросайте гранаты, — раздался голос Калверта из всех раций.
Обратной стороной моего давления на психику стало то, что теперь солдаты без разбора стреляли в сторону дома, а у меня не было ничего, даже отдаленно напоминающего укрытие. Я поползла по-пластунски, опираясь на неповрежденную руку и колени.
Я почувствовала удар по лицу и приглушенно взвизгнула прежде, чем вспомнила о необходимости молчать, но попыталась успокоить себя, что это всего лишь ком травы и грязи, который выбила шальная пуля.
Но кто-то меня услышал. Женщина-солдат, стоявшая по ту сторону ограды в полутора метрах от меня, в ответ на крик повернула голову в моем направлении.
У меня почти не осталось заготовленных шелковых шнуров. Я разделила рой, окружающий меня, на две части и отправила одну из них влево. Женщина-солдат держала автомат в одной руке и стреляла в бегущий рой, а второй рукой вытаскивала сигнальную шашку. Тем временем я встала на ноги и ринулась вперёд.
Стрекозы натягивали шёлк между проволокой ограды. Я не пыталась достать гранаты из подсумка женщины, а сосредоточилась на банке на её поясе. Стрекозы обмотали кольцо, а я взяла второй конец шнура и потянула.
Сперва я подумала, что это светошумовая граната, и в этом случае мои насекомые будут парализованы, а я обнаружу себя. Вторым моим предположением было, что это зажигательный боеприпас, и в этом случае я кого-то убью.
Когда она сработала, я ощутила облегчение. Вокруг женщины разливался дым, она кричала другим, говорила, что я рядом. Я почувствовала, как она отступает, снимает банку с пояса и отбрасывает в сторону. Насекомые подхватили банку и подтащили ближе. Я ползла в сторону под прикрытием дыма и использовала силу, определяя, куда двигались солдаты.
Насекомые подбирали использованный в предыдущих атаках шёлк и выдёргивали кольца на других дымовых шашках.
В результате наступил хаос. На лучшее я и рассчитывать не могла. Поскольку дым затянул открытое пространство, и оставалась вероятность, что я уже перебралась через забор, солдаты никак не могли определить моё местонахождение, и не могли стрелять в дым из опасения попасть в товарищей, так что им пришлось отступать ещё.
Я ощутила, как грузовик Кальверта тронулся с места.
Кальверт мог использовать свою силу, чтобы отсекать возможности, которые его не устраивали. Но только в том случае, если он знал обо мне, о моих перемещениях и о том, как я действую.
Его уход заставил меня задуматься — он считал эту ситуацию безвыходной? Он думал, что это поражение?
Возможно, у него есть в запасе другой ход? Бомба? Парачеловек, которого он мог на меня натравить?
Или он использует ещё какой-то способ надавить на меня?
Отец. Остальные.
Я неожиданно почувствовала острое желание убраться отсюда. И очень быстро.
Насекомые вытаскивали предметы, которые они нарыли в карманах и сумках, и подносили ко мне. Когда солдаты отошли, чтобы прикрыть слабые места периметра, я приподнялась на ноги и прошла через дым к месту соединения двух сеток. Я стала перебирать ключи, которые принесли мне насекомые, пытаясь найти ключ от замка, закрывающего цепь.
Вариантов было не так много, особенно если сузить поиски до ключей трёх ближайших к замку солдат. Второй ключ открыл замок, я сняла цепь — и, как можно тише, кусая губу, чтобы сдержать крик, раздвинула секции ограды достаточно широко, чтобы протиснуться между ними.