— Всё в порядке.
— Уверена? Потому что я не хочу, чтобы были какие-либо обиды или… я не хочу, чтобы были какие-либо обиды, — я почти сказала «месть», но решила не вспоминать об этом сейчас.
— Всё в порядке, — сказала она, в её словах слышалась ярость. — Меня уже бесит вся эта шпионажная хрень.
— Может, шпионская? — предположила Чертёнок.
Из горла Суки вырвался низкий, рычащий звук, нечто среднее между рёвом гнева, отрыжкой и ворчанием:
— То, как ты вела себя раньше, как вёл себя тот человек, что стрелял в меня, и то, что ты делаешь сейчас, — я вообще не вижу в этом смысла, наверное, я просто тупая. Но я разберусь с этим по-своему. В следующий раз, когда кто-то выстрелит в меня, я убью его. Или же Ублюдок откусит ему руки и ноги.
— Не нужно калечить людей, — сказала я.
— И это говорит человек, который только что выпустил в нас целую обойму, — сказала Чертёнок. Но когда я и Мрак повернулись к ней, она подняла руки: — Шучу. Просто шучу.
— …Мне лучше их просто убить? — спросила Сука.
— Нет! Нет. Просто… забудь. Но пока чуть притормози. И не называй себя тупой. Ты думаешь по-другому, только и всего.
В ответ она проворчала что-то бессвязное.
— Мы должны подумать над планом спасения, — сказала я. — Кальверт пригласил к себе Сплетницу, чтобы она не смогла предупредить нас о двойнике. Значит, сейчас она в плену. Регент тоже, с того самого момента, когда мы послали его присматривать за ней. Мы пытались избежать подобного исхода, когда подыгрывали его грандиозному плану.
— Он приложит все усилия, чтобы сохранить Сплетницу, Регента и Дину.
— Верно. Если мы нападём, то либо нас, либо одного из заложников убьют.
— Я могу пробраться внутрь, — сказала Чертёнок, — взять их и вывести.
— Нет. Он знает нас. Он ожидает чего-то подобного. Наверняка он подумал и о Скитальцах. Он учёл все наши силы, ни о ком не забывая. Это значит, что за тобой будут следить видеокамеры.
— Вот говно.
— Ударить издалека? — предложил Мрак.
— Если он спрятался в какое-нибудь укромное место, то ничего не выйдет. Меры безопасности будут максимальными. Если, пока всё не кончится, он останется на подземной базе, то до него вообще невозможно будет добраться, — сказала я, затем меня прервал очередной приступ кашля.
Пока я приходила в себя, никто не предложил ни замечаний, ни идей.
Я продолжила:
— Если он в здании СКП, то нам, скорее всего, придётся пройти мимо Скитальцев, мимо его солдат и сотрудников СКП. Преодолеть все меры предосторожности, которые предусмотрел он, и все меры, которые предусмотрела СКП. Придётся пройти через множество слоёв защиты и самые сомнительные будут за пределами видимости хороших парней.
— И у него всё ещё есть заложники, — напомнил Мрак.
— Бля, — простонала я, а затем ещё больше закашлялась.
— Тебе нужно в больницу, — сказал мне Мрак.
Я покачала головой, но сразу об этом пожалела. Мне стало дурно, и начало подташнивать. Казалось, все симптомы дали о себе знать в тот же момент, как всё утихло, и уровень адреналина упал.
— Не могу. Не сейчас.
— Ты едва держишься на ногах.
— Справлюсь, — сказала я, повернулась и посмотрела туда, где совсем недавно лежала, а надо мной стояла Чертёнок. — А если бы я умерла?
— Чего?
— Кальверт не может знать, чем всё закончилось. Твой телефон в сети?
Мрак потянулся за телефоном, но Чертёнок уже вытащила свой:
— Конечно.
— Мой телефон он отключил. Я выбросила его на случай, если он отслеживал меня или если он как-то использовал его для телепортации. Если бы он вас тоже подозревал, то, наверное, ограничил бы и ваши возможности?
— То есть, ты думаешь, что он считает, будто что-то произошло? Или же он выжидает, чтобы узнать, купимся ли мы на его уловку.
— Он знает, что я была где-то здесь. Я напала на его людей, когда пыталась спасти вас. У него есть солдаты и подрывники, готовые стереть вас с лица земли в ту же секунду, как вы поймёте, что это была самозванка. Но что, если вы ему позвоните и скажете, что убили меня?
— Он попросит нас встретиться с ним в одном из этих сверхбезопасных мест, о которых ты говорила, и мы не сможем отказаться и при этом не выдать, что мы знаем, что он что-то пытается провернуть. Да и уничтожение этой коробки может навести его на определённые мысли.
— Блядь, — пробормотала я.
— Когда другая Рой исчезла вместе с девочкой — как она это сделала? Как именно всё произошло?