— Метафора не сложилась, — заметила Чертёнок.
Сплетница пожала плечами:
— Это уже не метафора, однако я отвлеклась от темы.
— Как мелочно, — сказал Кальверт.
— Это стратегия. Переход количества в качество. Посеять сомнения. Заставить тебя всё перепроверять. Устроить тебе бессонные ночи, чтобы ты планировал чуть дольше, в обеих реальностях. Ты был так сильно сосредоточен на общей картине событий, на том, что я могла узнать, на сдерживании меня, что упустил мою способность понимать мелочи, использовать их. И это истощало тебя. Ты не замечал, насколько сильно, но это сработало, может быть, поэтому тебе сегодня было гораздо проще допустить критическую ошибку.
— Катись к черту, — сказал Кальверт.
— Но мы заставили тебя совершить именно ту ошибку, которая была нам нужна. Ты использовал свою силу сейчас, когда разговаривал с нами. И у тебя больше нет путей отступления. Единственная преданность, которая у тебя есть, куплена за деньги, но у меня теперь больше налички, чем у тебя.
— Тогда отправьте меня в Клетку и закончим на этом, — сказал Кальверт.
— В тюрьму? — спросила Сплетница. — Нет, нет, нет, нет. Я знаю, что у тебя есть запасные планы. Приготовления. Мы пошлём тебя в тюрьму, а кто-нибудь освободит тебя ещё до прибытия.
Я шагнула вперёд, заставила себя сделать ещё шаг.
— Это не обязательно должна быть ты, — сказала мне Сплетница.
— Нет, — ответила я ей. — Думаю, я должна.
Кальверт повернулся ко мне. Его голова откинулась и уткнулась затылком в пол.
— Так вот к чему всё идёт.
Я думала о бесчисленных жизнях, которые я поставила под угрозу, прямо или косвенно: АПП взрывающие город, последующая война между бандами, Чистота, обвинившая нас в утрате своей дочери и ровняющая здания с землёй.
Был тот толстый супергерой, которого я бросила, когда приближалась приливная волна. Я вспомнила, как оставила умирать какого-то Барыгу, когда спасала Брайса с кровавого фестиваля. Были и люди на моей территории, старая женщина-доктор, которой перерезали горло, поскольку я не поняла, что Манекен был рядом, пока не стало слишком поздно. Газовая атака, которая убила почти двадцать человек. Пожары, которые Ожог обрушила на мою территорию, поскольку я спровоцировала Девятку и не сумела предсказать, насколько охотно они будут бить по уязвимому месту, по моим людям, которых я пыталась защищать.
Я вспомнила попытки убить Манекена с помощью гранат, как я изо всех сил пыталась прервать человеческую жизнь. Психа, чудовища, но, тем не менее, — человека.
И совсем недавно я так близко подвела Триумфа к смерти, что ему понадобилась реанимация.
Я мирилась с такими поступками, говорила себе, что всё это нужно ради этого момента. Глубоко внутри я знала, что это рано или поздно случится. Что борьба против Кальверта закончится здесь.
Я подошла ближе и стала прямо над Кальвертом, вытащила пистолет, проверила, заряжен ли он.
— Ты не убийца, — произнёс Кальверт.
— Нет… — ответила я, и поскольку всё равно не могла видеть, закрыла глаза, почувствовав, что из них могут вот-вот показаться слёзы. Сделала глубокий вдох.
— …но думаю, что из-за тебя мне пришлось стать убийцей, — закончила я, прицелилась и выстрелила.
После выстрела я выронила пистолет. Он стукнулся о тротуар. Было так тихо, что я слышала только, как на пляже океанские волны накатывают на берег.
Запоздало я пнула пистолет в сторону от лежащего Кальверта. Не то чтобы в этом был смысл. Но я старалась учиться на своих ошибках.
Я почувствовала, как Сплетница обняла меня за плечи.
— Мы это сделали. Всё закончилось.
— Скитальцы взбесятся. Я не могу… мы не можем убить их, — сказала я.
— Мы не будем. Они уедут. У них больше нет причин оставаться.
Мрак подошёл, нагнулся и взял телефон Кальверта с его пояса, затем кинул его Сплетнице. Как только Сплетница убрала руки с моих плеч, он подошёл и обнял меня.
— Пойдём.
Я кивнула, уткнувшись ему в плечо.
Мы повернулись и пошли. Чувство роя подсказало, что Малой, человек Сплетницы, со снятым шлемом подошёл и открыл двери одного из фургонов. Я села внутрь.
Со мной рядом села Рейчел, а не Сплетница или Мрак. Она взяла мои руки в свои и крепко их сжала. Я не знала, как это воспринимать, поэтому просто приняла как есть.