Тень пробежала по лицу Кевина, и Сара замолчала, ее улыбка исчезла. Я понял, что они не хотели говорить о чем-то, поэтому попытался сменить тему.
- Случайно у кого-нибудь из вас не найдется сигарет?
- Прости, - извинилась Сара. - Я не курю.
- A я уже собирался спросить тебя и Карла о том же самом, - сказал Кевин.
- Ты курильщик? - спросил я, надеясь, что он скажет "да".
Тогда, по крайней мере, мне было бы кому посочувствовать. Моему несчастью нужна была компания.
- Я не курю, - ответил Кевин. - Но после того, что мы пережили сегодня, я испытываю искушение начать.
Посмеиваясь, я вывалил несъеденное рагу обратно в кастрюлю и положил крекеры в кладовку. Затем налил себе немного горячей воды и положил растворимый кофе в кружку и сел за кухонный стол.
Сара указала на фотографии в гостиной.
- Эти фотографии, они - твоя семья?
- Они были ею. Я не думаю, что моя дочь или мои внуки... Ну, они жили ближе к океану. И Роуз – это моя жена – она скончалась от пневмонии три года назад. Я думаю, что увижу их всех скорее раньше, чем позже.
Карл кивнул и отхлебнул кофе. Кевин не ответил. Сара уставилась в окно, затем повернулась и посмотрела на фото, где Дарла, моя внучка, смотрела на нас из серебряной рамки.
- Она прекрасна.
- Спасибо, - сказал я. - На самом деле ты напоминаешь мне ее. У тебя есть ее сила.
Сара улыбнулась, и да, в тот момент она действительно напомнила мне Дарлу.
Карл поставил свою кружку на стол.
- Так чем же вы, ребята, занимались раньше – до всего этого?
Кевин на мгновение просветлел.
- Я работал в видеомагазине.
- Я работала на "МакKормик", - добавила Сара. - Производитель специй.
- Понятно, - я кивнул. - Так вы оба из Балтимора?
- Да, - сказал Кевин. - Или были. По крайней мере, того, что от него осталось.
Он позволил своему взгляду блуждать по кухне. Он задержался на трех моих комнатных растениях, и я подумал, не был ли он каким-нибудь садовником-любителем. Когда он заметил мою фотографию Джонни Кэша в рамке, висящую на стене, он повернулся ко мне.
- Ты фанат Человека в черном, да? Я видел его на концерте, когда был моложе. Отличное шоу.
- Тебе нравится музыка кантри? - спросил Карл.
- Кое-что, но не все, - ответил Кевин. - Я думаю, что я довольно эклектичен. В основном рок, метал и хип-хоп. Но мне нравился Джонни Кэш. А Шанайя Твен и "Цыпочки Дикси" довольно крутые. Или были. Держу пари, вам, ребята, они нравятся, верно?
- Нет, сэр, - сказал Карл. - Мне совсем не нравится эта новая музыка. Нам нравится классика. Такие люди, как Конвей Твитти, Лоретта Линн, Портер Уэгонер и Пэтси Клайн.
- И Джерри Рид, - добавил я. - Не могу забыть о некоторых из тех песен о грузоперевозках семидесятых.
С усмешкой Карл начал напевать песню из "Смоки и бандит".
- На восток и вниз, - усмехнулся я.
- Мы сделаем то, что, как они говорят, невозможно сделать, - ответил он.
Кевин выглядел ошеломленным.
- Никаких "Цыпочек Дикси" или Шанайи?
- "Цыпочки Дикси" заставляют меня покрываться крапивницей, - сказал Карл. - А Шанайя Твен примерно такая же кантри-группа, как та рок-н-ролльная группа "Металли-что-то".
Кевин ухмыльнулся.
- "Металлика".
И мы все рассмеялись, кроме Сары, которая встала и подошла к кухонному окну. Она посмотрела в залитое дождем стекло, но ее глаза ни на чем не были сосредоточены. Я мог сказать, что ее мысли были далеко.
- В чем дело? - тихо спросил ее Кевин.
- Больше нет "Цыпочек Дикси", - сказала она. - Больше нет Шанайи Твен или "Металлики", и больше нет радио, и Балтимора, и... и я видела Корнуэлла после аварии, и он был разрезан на три части... - oна остановилась, не в силах продолжать, и закрыла глаза. - И бедный, бедный Солти.
- Балтимор затоплен? - спросил я, хотя уже знал ответ.
- Ты что, шутишь? – фыркнул Кевин. - Балтимор, блядь, исчез, чувак. Как и все остальное.
- Что там произошло, - прошептал Карл, больше себе, чем кому-либо. - Что, черт возьми, случилось?
- Бог нарушил свое обещание, - сказала Сара. - Решил, что Ему надоело, что мы портим эту прекрасную планету, которую Он нам дал, и снова затопил ее.
- Не могу сказать, что я виню Его, - пробормотал Карл.
- Я серьезно, - продолжила Сара. - Как еще ты это объяснишь? Внезапно детское порно превратилось в многомиллиардную индустрию, президент прощает наркоторговцев в обмен на взносы в предвыборную кампанию и объявляет войну любой стране, какой ему заблагорассудится, подростки стреляют друг в друга в школе, а террористы взрывают церкви. На следующий день мы просыпаемся, и страна амишей Пенсильвании становится побережьем, а выжившие совершают паломничество в Гребаные Скалистые горы в Колорадо!