– Завтра погода наладится, – внезапно почти бытовым тоном произнес он, разбивая тишину. – Сможешь вновь убегать в свое стеклянное пристанище. Тем более появится новая интересная работенка.
Ясна насторожилась, вопросительно нахмурив брови, не понимая, о чем речь. И он продолжил.
– Мой помощник возвращается из города, – в его интонации прозвучала легкая, почти наигранная усталость. – Везёт целый воз всякой… ботанической ерунды. Семена, саженцы, инструменты. Всё, что ты так подробно перечислила в своем списке.
Радость вспыхнула в ней настолько внезапно и ярко, что Ясна на миг забыла, с кем вообще имеет дело.
– Правда, что ли? Уже завтра? – ее глаза засияли, и она даже привстала на носки, словно собиралась бежать встречать телегу сию же секунду. – О, это же так вовремя! Наконец-то! Сезон посадки как раз подходящий. Я уже всё распланировала, северный угол подходит для…
Она запнулась, внезапно осознав свою несдержанность. Хозяин наблюдал за ней с неожиданным видом – его хищная морда была невозмутима, но в глазах теплилась та самая человечная искорка, какая загорается при сильном удивлении и любопытстве.
– Северный угол для тенелюбивых, я так полагаю, – закончил он, и в его выражении дрогнуло нечто наподобие улыбки, обнажая кончики клыков. – Не нужно быть провидцем, чтобы это рассчитать. Хочется верить, в твоих планах нашлось место и для чего-то другого, помимо целебных корешков и съедобных травок. Что-то… кхм, бесполезно-прекрасное?
– А разве прекрасное может быть бесполезным? – парировала Ясна, втягиваясь в словесную игру.
– Зависит от того, кто смотрит, – он ухмыльнулся, и это прозвучало как короткий бархатный раскат. – Но это не сделает прекрасное менее изящным. И бесполезным. Так… Что же там везет мой помощник? Розы? Камелии? Или, может, саженцев лука на все наши грядки?
– Надеюсь, что и камелии, и розы, и многое другое, – с вызовом сказала она. – К примеру, мелиссу. Она и пахнет приятно, и для платяных шкафов хороша, и в чае успокаивает. Не всё же цветочками баловаться.
– Значит, мелисса. Для северного угла, видимо, – в его голосе прозвучала теплая, одобрительная нота. – Разумный выбор. Да, чай с ней дюже приятный, согласен. Хорошо, хоть в таком решении мы с тобой договоримся.
Он поднялся с кресла, и его тень накрыла весь зал. Но на этот раз Ясна не отпрянула, хоть и невольно сжала кулаки крепче.
– Что ж, пойду я. Не буду мешать осмотру канделябров… – он бросил взгляд на свою книгу. – Пожалуй, закончу этот доклад в другом месте. До встречи, Ясна… Скоро с таким рвением и до описи дверных ручек дойдешь, так держать.
Она осталась стоять одна в мерцающем свете хрустального деревца. Надо же, они провели с ним несколько минут, и за это время не было ни ссор, ни рыков, даже больше – они говорили о растениях! И он слушал ее на равных. И похвалил ее выбор. Диво дивное, чудо чудное…
Этим вечером ужин прошел неожиданно приятно, потому как Ясна сидела в полном одиночестве. Она ела не спеша, прислушиваясь к потрескиванию поленьев в камине, и думала, что жизнь в замке наконец налаживается. Завтра – праздник, где она, возможно, с кем-то по-людски пообщается. И совсем скоро приедут долгожданные семена, начнется новая садовая эпоха. Даже страх перед хозяином этих стен понемногу отступал, сменяясь сложным клубком из опасного любопытства и искреннего сочувствия. Одна лишь мысль царапала ее изнутри: зачем всё это? Для чего он, такой могучий и страшный зверь, отдал столько червонцев отцу, чтобы поселить здесь ее, простую купеческую дочь? Что он хочет получить от нее в итоге?.. Неизвестность пугала, но завтрашний день рисовался таким ярким и чудесным на события, что Ясна старалась не замечать свои колкие бесполезные мысли.
Утро началось с легкой, суетливой радости. Волнительное предвкушение гулянья, пусть и чужого, заполнило все ее мысли. Она достала самую простую белую рубаху, сарафан цвета молодой хвои, с мелко вышитыми узорами вдоль верхнего края, тканый пас, тщательно прибрала волосы, вплетая в косы темно-зеленую ленту – единственное убранство, что показалось ей уместным. Она вышла в коридор, откинула кружевную салфетку с ближайшего настенного зеркала. Вглядываясь в свое отражение, Ясна поняла, что выглядит даже как-то красиво, нарядно, но при этом и не сильно броско. И это чувство было для нее, на удивление, приятным, новым.