— Что это было? — рявкнула я на Нору, которая разразилась хохотом.
— Видела бы ты свое лицо.
— Это не смешно. Я не хочу, чтобы Тристан знал об этом. Если он узнает… — Мое сердце ухнуло в пятки при мысли об этом. Быть с Никко было волнующе. Новое и захватывающее чувство. Я чувствовала себя живой каждый раз, когда он смотрел на меня.
Не хотела потерять это.
— Расслабься, — сказала Нора. — Тристан считает, что ты слишком мила и невинна, чтобы развлекаться с такими, как твой задумчивый красавец.
— Из твоих уст это звучит грубо.
— Лина, ты позволила ему…
— Хорошо, — я зажала ей рот ладонью. — Довольно об этом. — Мои щеки вспыхнули при воспоминании о том, как я позволила ему прикоснуться ко мне у стены в доме Тристана. — Уже почти время занятий. Никко может… — я остановила себя на полуслове. Мне не хотелось надеяться, что Никко появится на уроке у профессора Мандрейка.
Но было уже слишком поздно.
Я уже была там — уже надеялась.
— Просто помни, — сказала Нора. — Такие парни, как Никко… они обычно опытные и не из тех, кто остепеняется. Я не хочу, чтобы ты пострадала.
— Я и не пострадаю, — произнесла я с полной уверенностью.
Потому что Никко не причинит мне вреда.
Не знаю, откуда я это знала, просто знала.
Однако Никко не явился на «Введение в философию». На следующий день я его тоже не видела. Но когда я проснулась в среду утром, Нора стояла надо мной, ее глаза сверкали.
— Очевидно, здание не так надежно охраняется, как написано в брошюре. — Нора протянула мне конверт. — Нашла это под дверью.
Я выхватила его у нее и жадно разорвала.
— Лина, — начала я, и Нора бросила на меня неодобрительный взгляд. — Я скажу ему, обязательно. Я просто не знала, когда.
— Ну, не заставляй девушку ждать, что там написано?
— Завтра вечером, в семь. Я буду ждать на стоянке позади здания. Надень что-нибудь теплое и удобное. Никко.
— И это все? Ради этого он пошел на все, чтобы проникнуть в здание.
— По-моему, это очень мило. — Я перечитала записку снова, и сердце мое бешено заколотилось.
— В этих твоих книгах есть что-нибудь о том, как надо ответить, — проворчала она. — Теперь мне придется пережить еще два дня, когда ты будешь падать в обморок из-за трех коротких фраз.
— Ты просто ревнуешь. — Мои губы изогнулись, и Нора запрыгнула на мою кровать, испустив мечтательный вздох.
— Абсолютно верно. А теперь давай это сюда, чтобы мы могли разобрать каждое слово.
Наш смех заполнил комнату, когда моя лучшая подруга приступила к детальному анализу того, куда он мог бы меня отвезти. Но это не имело значения.
Все, что имело значение, — это то, что Никко сдержал свое обещание.
∞∞∞
— Ты нервничаешь? — спросила меня Нора. Она растянулась на кровати, все еще мучаясь похмельем с прошлой ночи. Она встречалась с Дэном, своим новым другом. Очевидно, они пили вино. И секс. Много — много секса во хмелю.
— Немного. Он очень… сложный.
— Да, как и его друг, — пробормотала она.
— Ты уже третий раз на этой неделе ворчишь по поводу Энцо. — Я разложила свой выбранный наряд на кровати и перебралась на ее половину. — Давай, выкладывай. Что произошло между вами в прошлые выходные на вечеринке?
Она молчала об этом, и я не хотела давить. Но, может быть, ее все-таки нужно слегка подтолкнуть.
— Фу. — Нора схватила подушку и накрыла ею лицо. — Я не хочу об этом говорить.
— Эй. — Я выхватила у нее подушку и присела на край ее кровати. — Ты заставила меня говорить.
— Я почти… ты знаешь. — Глаза Норы расширились.
— Переспала с ним?
— В уборной студенческой общаги? Правда, Ари, ты думаешь, что я такая…
— Никакого осуждения. — Я подняла руки.
— Я чуть не сделала ему минет, понимаешь? — Она закрыла глаза рукой. — Мы даже не разговаривали и не целовались, а я почти…
— Он такой горячий, в своем мрачном и задумчивом стиле мальчиша-плохиша. — И абсолютно ужасающий, но я не добавила этого. Энцо был слишком пугающим для меня. Но Нора не была похожа на меня. У нее были характер и «яйца», и, как ни странно, я могла представить их вместе.
— Это колледж, первый курс. Тебе позволено сеять свое… ну, это.
Нора усмехнулась.
— Ты слишком добра ко мне. — Она потянулась к моей руке, переплела наши пальцы. — Просто пообещай мне, что бы ни случилось в этом году, мы не позволим никому встать между нами.