Родхе молча полезла наружу - юноше пришлось посторониться, чтобы она не боднула его во что-нибудь мягкое.
- Чего тебе надо? - прямо спросила Йейнагардс, уставившись на Диглана. Ей пришлось чуть задрать подбородок, поскольку, несмотря на всё изящество, карфагенец был выше.
- Денег, - просто сказал Тарвос. Родхе заколебалась, думая, ударить ли его лбом по габам, и он словно угадал её мысли - быстро попятился. - Я только хотел сдать комнату. Я живу с бабушкой, она имоша и не привыкла зарабатывать, а мне платят... Как мужчине, сама понимаешь.
- Если бы у меня были деньги на комнату...
- С ужинами, - быстро сказал Тарвос.
- Или без ужинов, с чего бы мне, по твоему, ночами прятаться в школе?
- Ты ведь можешь оплатить в конце месяца, за следующий месяц и немного за прошедший. И так пока долг не отдашь.
Родхе снова постаралась успокоиться.
- А твоя бабушка даёт разрешение?
- Обязательно даст, вот увидишь. Нам, видишь ли, не сильно приходится выбирать. Я даже несколько раз... За деньги. Где твои вещи?
Родхе ткнула пальцем в потолок, и Тарвос непроизвольно поднял взгляд.
- В корзине с мячами, - уточнила Йейнагардс.
- Сейчас их добуду. Мы с уборщиком вроде как дружим. Он наполовину имоша. Подождёшь во дворе?
Ужин, конечно, в доме Тарвоса никого не ждал. Возле двухэтажной лачуги, как говорится, со спичечный коробок, в таком же крошечном дворе сидела темнокожая, страшно худая старуха с узорами на лице и курила трубку. Табак пах дерьмово. В этом доме явно экономили на многих вещах.
Тарвос опустился на колени и поклонился старухе, и та кивнула ему.
- Бабушка, - мягко пропел учительник, - это госпожа Йейнагардс, о которой я рассказывал. Я обещал ей сдать комнату.
Старуха сощурилась, утопив глаза в морщинистом лице, оглядела Родхе с головы до пят и сказала:
- Пусть помоется.
Тарвос снова поклонился, теперь быстро, и принялся суетиться. Показал Родхе душ (сарайчик с баком наверху), сам убежал в дом и вышел оттуда одновременно со змеедевой, неожиданно свежий, в чистой хламиде, с синим тюрбаном на волосах и тазом в руках. В тазу было всё, что нужно для готовки. Тарвос устроился прямо возле ног старухи с трубкой, разложил на земле доски, ножи и овощи и приступил к работе. Не зная, куда приткнуться, Родхе обошла дворик и, наконец, присела на корточки под единственным деревом с тёмными жёсткими листьями. Единственную книгу, которая у неё с собой была, она давно прочла, так что предпочла просто смотреть на работу Диглана. Над забором то и дело кто-нибудь показывался и кидал взгляды - чтобы через секунду исчезнуть. В основном, конечно, мужчины всех возрастов.
Но Родхе понимала это порой только по тому, что у них была перевязана нижняя часть лица. Похоже, на этой улицы жили одни оседлые имоша.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов