Наконец Кейси прервал затянувшуюся паузу. Он выхватил меч из украшенных драгоценными камнями ножен отточенным движением, казавшимся особенно яростным. Далее последовала серия выпадов, еще более сложных и угрожающих. Члены Совета восторженно зашептались. На шее Лэннета дыбом поднялись волоски, зигзагообразный шрам нервно задергался. В выражении лиц и жестах паровианцев он угадывал подтверждение тому, что видел в порту — воплощение надежд и чаяний народа, связанных с блистательным принцем.
Лоб Кейси блестел от испарины, его грудь бурно вздымалась. Едва он закончил упражнения, члены Совета как один вскочили на ноги, одобрительно крича и аплодируя.
Лэннет сделал вид, будто разделяет их ликование. Он кричал и хлопал вместе со всеми, стыдясь собственного притворства. Кейси был листком, покорным ветрам, над которыми он был не властен. Долго ли еще жители Байдаки будут прославлять принца, прежде чем поймут, что он всего лишь марионетка Люмина?
Выпрямившись и приняв царственную осанку, Кейси приблизился к столу и занял место во главе. Стражи торопливо помогли ему справиться с массивным креслом и встали за его спиной, сжимая рукояти клинков.
Рассудительная речь Кейси оказала на членов Совета не меньшее впечатление, чем его фехтовальное искусство. Он объяснил, что Лэннет получил приказ отправиться в рейд, чтобы восстановить власть короля, не вступая в конфликт с разгневанной оппозицией. Кейси выразил уверенность в том, что его слушатели, как истинные воины, оценят дерзость этого замысла и согласятся с необходимостью обеспечить мирный ход переговоров. Кровопролития удалось избежать; честь и достоинство жителей Байдаки не пострадали. Имперские чиновники, повинные в бедах Тебеса, будут заключены под стражу от имени Деруса; единый народ Паро сам будет определять судьбу своей планеты.
О Стрелках не было сказано ни слова. Кейси говорил только о Стражах. Они должны были занять здание администрации порта и примыкающий склад. Кейси потребовал удалить «излишний контингент», дабы избежать контактов местных жителей с «личностями, чуждыми обычаям и традициям Паро».
Лэннету показалось, что ему закатили тяжелую оплеуху. Жаркий гневный румянец бросился ему в лицо. Он с удивлением почувствовал, что скорее уязвлен, чем рассержен. Выслушав приказ Кейси вывести подразделение Стрелков из города, отданный холодным, неприязненным тоном, Лэннет понял, что их дружба всерьез подорвана.
Он не стал тратить время на возражения и предпочел обратиться к чисто хозяйственным вопросам. Он настоял на том, чтобы за взводом было сохранено все имущество и боевое снаряжение. Он установил сроки выдачи денежного довольствия; отныне деньги могли разве что спровоцировать пристрастие к азартным играм, однако поступление жалованья означало бы, что Стрелки все еще находятся под покровительством империи. Также Лэннет наметил график пополнения припасов и получил заверения в том, что его будут строго соблюдать. Повинуясь наитию, он потребовал снабдить взвод строительным оборудованием и инструментами. Ничуть не стыдясь своей дерзости, он попросил гарантий не у Кейси и Паро, а у Матилисы и Люмина. Им руководили соображения чистой логики; любой конфликт с Паро давал Кейси повод нарушить достигнутые договоренности, в то время как Матилиса, а значит, и Люмин, нуждающиеся в военной поддержке, наверняка захотят привлечь Стрелков на свою сторону.
Спустя три дня, в течение которых Кейси не давал о себе знать ни единым словом, электромобили со Стрелками на борту опустились в долине Вайи, и только теперь Лэннет в полной мере осознал коварство принца, отправившего их в изгнание. Новый лагерь располагался в десятке миль от Тебеса, вокруг не было ни одного населенного пункта. Так называемая «долина» представляла собой древний чашеобразный провал в горном массиве. Во многих местах его стены были совершенно отвесными и достигали в высоту сотен метров. Прочие склоны также были недоступны, а с окружающим миром долину соединял единственный путь — узкая расщелина, по дну которой бежал ручей. Он, однако, не мог осушить долину, и дно провала занимало топкое болото с островками. Для обитания был пригоден лишь один из них — относительно сухая полоска земли у основания склона, покрытая густыми джунглями.
Долина Вайи как нельзя лучше подходила для диких форм жизни Паро. Здесь обитали мириады различных насекомых. Они ползали, летали, плавали, порхали. Они жужжали, скрипели и гудели. Некоторые пели приятными голосами. Иные стонали, словно терзаемые нескончаемой пыткой. Прибытие почти двух сотен ходячих питательных блюд явилось для них подарком небес. Спустя несколько минут после высадки в Вайи долину заполнили изощренные проклятия в адрес Паро, ее насекомых, ее народа и неблагодарного принца Кейси.