«Богатые тут горы, – думал я, возвращаясь, – только вот как это все защитить?» По дороге заехали и к Каменному Пальцу, глянули на песок – да, он был абсолютно белый и чистый. У меня просто чесались руки начать побыстрей экспериментировать со стеклом и зеркалом, но прекрасно понимал, что спешить не стоит и все надо делать основательно.
После того как кузнецы закончили делать пилораму, озадачил их изготовлением рессор из пружинной стали. Они долго ныли и крутили носами, ведь сварить пружинную сталь не так просто, но начали потихоньку делать и скоро должны были закончить.
Ларт приобрел мне все, что я просил, правда, ему пришлось помотаться, и теперь подготавливал одну карету к установке на нее рессор. Я спешил – мне надо очень многое сделать за очень короткий период времени. Если все получится, то многие проблемы уйдут в небытие.
Котики росли не по дням, а по часам, уже вымахали с небольшую собаку, носились по всему замку и сами, и с детворой, но очень осторожны были со взрослыми. Эти хитрые обормоты умудрились подружиться с кухаркой, всегда могли выпросить у нее лишний кусочек чего-нибудь вкусненького и постоянно, если только не играли с детворой, терлись возле кухни. Я недолго думая как-то ляпнул в сердцах, когда эта банда чуть не сбила меня с ног, что, мол, вместо того чтобы дурака валять, лучше бы помогали ночью замок охранять. После этого через пару дней Гюнтер доложил, что ночью кошки ходят, словно дозорные, по стене, а также рыскают по двору замка.
Подрядил несколько селян на добычу угля и доставки его в замок. Вчера попробовал сделать черный порох, благо ингредиенты были. Долго вспоминал пропорции, но в конце концов вспомнил, после чего все перетер в ступке и смешал. Когда поджег и эта смесь вспыхнула, я очень обрадовался. Конечно, до ружей и пистолетов очень далеко, но вот примитивные пушки делать можно.
С этого я решил и начать. Вначале, конечно, сделал мерки под составляющие пороха, повозиться пришлось, пока все вымерил. Потом договорился с двумя девушками, объяснив им и показав, что и как надо делать. Единственное, что оставил пока за собой – это смешивание составляющих пороха. В дальнейшем, приглядевшись к работницам, определю, какая из них более ответственная, ту и поставлю вместо себя.
И все-таки забрал я Литона у Вирона… Старик уже втянулся управлять плотниками, вот и пусть продолжает, а у меня тоже работы для плотника полно. Сегодня с утра озадачил Литона изготовлением крутящегося барабана для перемешивания пороха. Плохо то, что мне лично придется учить и учиться самому. Знаю, как сделать стекло, зеркало, но ведь никогда этого не делал. Вот и придется все делать методом проб и ошибок.
Вот сейчас я сижу и пытаюсь сделать горючий шнур, еще вчера заказал гончару несколько маленьких кувшинов, хочу попробовать сделать что-то наподобие ручных гранат. И вот так целыми днями… Конечно, много уже сделано и наметились пути движения, но еще очень далеко до результата.
Ужинал один, все уже привыкли к тому, что я часто не появляюсь ни в обед, ни на ужин, и меня никто не ждал. Добрался до своих покоев и завалился спать.
Рессоры уже отковали, и завтра с утра начнем их собирать и устанавливать на карету. Шнур я сделал, пусть и провозился с ним весь день, записал всю последовательность изготовления – и запись сделал по-русски, мало ли что там в дальнейшем. Теперь можно кого-то ставить и учить, скорей всего, кого-то из женщин – женщины более усидчивые и ответственные, и им можно спокойно доверять такие работы. Надо завтра дать задание Ульху нанять в замок молодых девушек из близлежащих сел, работы очень много, так что без дела никто не останется.
Уснул, как только голова коснулась подушки, но среди ночи меня разбудил набат и крики.
– Тревога, нападение! – несколько раз прокричал мужской голос и смолк.
Я вскочил, как будто и не спал, влетел в штаны и, не обуваясь, стряхнув с меча ножны, выскочил в коридор. Не успел добежать до лестницы, как в дверь вломились четверо неизвестных в черных хламидах и с масками на лице. «Шандорские убийцы», – мелькнуло в мозгу, и это было очень серьезно.
Я, двигаясь им навстречу, перешел в ускорение. Все четверо бросили в меня кинжалы, но в ускорении все движения воспринимались как в замедленном кино, и я смог отбить три из них, а вот четвертый попал мне в предплечье левой руки и там застрял. Может быть, не пытайся я поймать один из летящих в меня кинжалов, ничего бы и не было, но так уж вышло.
Погасив боль и отгородившись от нее, я, переложив меч в левую руку, выдернул кинжал из предплечья и бросил его обратно. Бросил и попал в шею одному из нападавших – минус один, – и тут же упал на одно колено, пропуская над собой меч одного из них. Сохраняя инерцию движения вперед, я делаю шаг, отражаю мечом удар и встав бью ногой в колено одного из нападавших. Я двигался так, чтобы сражаться все время с одним из них, в крайнем случае с двумя, при этом перекрыв вход на лестницу, и мне это пока удавалось. Нападавшие двигались ненамного медленней меня, но я все-таки имел преимущество, и поэтому надо его по максимуму использовать.