Спал я на удивление спокойно и крепко, проснулся бодрый и даже веселый, сегодня день все и покажет. Съев легкий завтрак, я предупредил кухонных рабочих, чтобы сегодня у них всегда была горячая кипящая вода. Тут ударил набат, и я выскочил во двор и бросился на стену. Воины барона уже выстроились, и теперь можно было определить, что они будут делать – у них был с десяток лестниц и таран, нацеленный на ворота. Ну что же, мы вас ждем.
Прибежал дружинник и принес целую сумку гранат, я их разложил в приготовленные вчера ниши в стене, чтобы не мучиться с кресалом, кое-где были расставлены горящие жаровни. Меня начало даже потряхивать от адреналина в крови. И вот они двинулись, вначале не спеша, но чем ближе походили, тем быстрей они двигались, метрах в пятидесяти человек тридцать лучников принялись осыпать стену стрелами, но над нами был навес, поэтому большого урона они нам не принесли, но кое-где раздались крики и стоны – кого-то все же зацепило.
Услышав стук прислоняемых лестниц, я выглянул, определяя, где они стоят, а по ним уже карабкались воины барона. Схватил гранату, зажег фитиль и бросил в основание ближайшей лестницы, схватил еще одну и бросился к следующей, внизу грохнуло, раздались крики. Я бежал вдоль стены и бросал гранаты, внизу грохотало, орали и выли люди, но в двух местах все же враги выбрались на стену и звенела сталь сталкивающихся мечей.
Прямо передо мной со стены спрыгнул воин в кожаном доспехе и ринулся на меня, занося меч, я же, не останавливая бег, увернулся от его выпада и что было силы носком сапога ударил его в живот. Мужик неловко взмахнул руками и отправился в полет с настила на камни двора, что там было с ним, я не глядел, некогда. Подскочил к тому месту, откуда выпрыгнул недавний мечник, и врезал кулаком по появившейся голове очередного воина противника. И тут же кинул ему вслед гранату, затем еще одну, услышав, как грохнуло, выглянул за стену: лестница наклонилась – видно, одна из вертикальных опор была повреждена – и медленно падала.
В районе ворот сильно бухало – это долбили тараном. Кинулся туда, прихватив несколько гранат. Глянув вниз из надвратной башни, увидел что-то напоминающее римскую черепаху: щитами были закрыты все, кто находился с тараном. Я запалил шнур гранаты и, чуть выждав, бросил ее на щиты. Вышло удачно: она рванула, только коснувшись щитов. Раздались крики и стоны, и в ворота стучать перестали. Снова выглянув, увидел, что бревно лежит на земле, как и несколько человек, а остальные удирают.
Прорвавшихся врагов быстро порубили, я еще бросил пару гранат в уже убегающего противника и огляделся вокруг. Дружинники выбрасывали трупы неприятеля за стену, своих сносили вниз – у нас тоже были потери, четыре погибших, и все среди новобранцев, и человек шесть ранено. Выглянул за стену, да народу мы положили не мало, подозвал дружинника и попросил посчитать. Сам направился к пушкарям, не успел зайти, как Витор, старший канонир, пристал с вопросом, а можно ли и ему бросать штуки, что бросал я.
– Конечно, можно, чуть позже я тебя проинструктирую, и можешь бросать. Но мы сейчас займемся кое-чем другим. Заряжай пушку шрапнелью и наводи на вот ту большую палатку. Видишь, там сколько народу столпилось?
А в лагере противника слышался шум и гам, народ толпился и что-то орал. Мы сейчас еще добавим неразберихи.
– Витор, ты готов?
Парень с гордым видом взял запальник и поднес к пушке, она рявкнула так, что ударило по ушам, и чуть откатилась назад. Все-таки в помещении звук очень сильный. Через несколько мгновений можно было наблюдать, как падали люди вблизи шатра, крики и вой стояли такие, что очень хорошо слышно было и сюда.
– Давай еще разок, – сказал я, и Витор с напарником кинулись чистить ствол и по новой заряжать пушку. Пока они это делали, картина на поле изменилась: из-за леса, находившегося чуть в стороне, двигаясь по королевскому тракту, показалась колонна всадников, которые уже перестраивались для атаки. Было далеко, и я не мог разглядеть, кто это. Вот они двинулись в атаку, постепенно разгоняя коней. В лагере уже заметили, но сделать ничего не могли – слишком близко были воины. Некоторые из вражеских всадников успели вскочить на коней и броситься прочь, остальные же бросали оружие и становились на колени, отдавая себя полностью в руки победителей.
Вот на солнце блеснул штандарт с оскаленной мордой. Не может быть, это штандарт отца! Я не мог в это поверить. Ведь только если он сам находится в отряде, тут мог присутствовать штандарт!