— Милость и суд воспою Тебе, Господи! Пою и разумею… — хор певчих внушал своим голосом и создавал особую атмосферу.
Успенский собор был полон народу. Великокняжеские родственники и приглашенные гости смотрели на нас, боясь лишний раз вздохнуть. Минимум золотого шитья, никаких аксельбантов, только строгая офицерская форма или гражданские костюмы с женскими платьями. Жесткое условие, которое было обязательным для всех участников коронации.
Отвесив земной поклон алтарю, мы сели на подготовленные для нас троны. Причем Ольга легко уступила мне трон Петра I, а сама уселась на костяной трон Ивана Грозного. Чем впервые нарушила нашу договоренность, но ладно это все мелочи. Сейчас меня больше заботила горностаевая мантия на плечах, взволнованная Ольга и полный собор людей в ожидании смены эпохи.
И вот настал тот самый момент, когда к нам подошел патриарх Всея Руси с короной Российской империи и митрополит Московский и Коломенский с малой короной. Вообще-то, должна была быть шапка Мономаха, а не это женское недоразумение. Что происходит? И поднявшаяся с трона Ольга, похоже, должна объяснить подобное изменение.
— Дорогие подданные и уважаемые гости, несмотря на тяжелое время, я благодарна вам за то, что вы почтили присутствием нашу коронацию. И перед тем как принять корону из рук Его Святейшества, хочу сделать важное заявление. Мой муж — главный в семье, он ведет Российскую империю от одной победы к другой. Поэтому я буду императрицей, как того требует закон, но править будет Дмитрий! — и с этими словами она надела корону Российской империи на мою голову, а себе взяла малую.
— …
Так и хочется крикнуть, что ты делаешь⁈ Ольга, конечно, бывает, показывает свой крутой нрав и творит странные вещи, но не до такой же степени! Похоже, мой план остаться в ее тени трещит по швам. Да что там говорить, нам этого просто не простят. Закон есть закон и стоит его нарушить один раз и можно будет вертеть во все стороны. Был бы консортом и никаких проблем, а сейчас…
Примерно такой же, как и у меня вопрос был у всех присутствующих. Будущая императрица полностью нарушила коронацию и все последующие за этим мероприятия. Затянувшееся молчание прервал патриарх Владимир словно он заранее знал о том, что должно произойти. Учитывая, как часто Ольга общается с главой церкви факт сговора налицо.
— Зачитаем послание покойного императора Николая II, — взяв из рук дьякона бумагу патриарх, но был прерван.
— Это грубое нарушение порядка престолонаследия! — не сдержалась Мария Федоровна. — Это все ты виноват! Из-за тебя столько смертей в нашей семье! Плюешь на могилы…
Наверное, обиделась, что в этот раз ей трон не достался, а только кресло сбоку. Что ж, перепалку устраивать будет глупо, поэтому надо действовать иначе. Повезло, что великий князь Михаил среагировал первым и увел свою мать, пока она еще чего-нибудь не наговорила. За пару дней до коронации я поговорил с братом Николая, предложил узаконить его брак и принять в семью сына. Так что он полностью на моей стороне.
Больше желающих нарушить коронацию не было. Михайловичи, помня о том, какая участь настигла Владимировичей молча проглотили такой финт ушами, но не забыли. Как и все остальные великие князья. Они никогда не забудут! Юридические проблемы такой выходки нам только предстоит решить, да и как мы вообще это объясним? Все подумают, что я заставил бедную Ольгу пойти на такой шаг.
Но отказываться я не имею права, иначе нас ждет смута. Лучше быть не совсем легитимным и, если что списать на причуды супруги, чем ввергнуть страну в хаос. А еще нас ждет царственный пир и прием высочайших посланников вместе с послами, которые готовились поздравлять Ольгу.
В охватившем собор молчании стал слышен тихий гул начавшегося обсуждения. Надо было спасать ситуацию, и первым среагировал верный Демьян, громко запев гимн, который вскоре был подхвачен всеми остальными.
Боже, Царя храни!
Сильный, державный,
Царствуй на славу нам,
Царствуй на страх врагам,
Царь православный.
Боже, Царя храни!
В правой руке скипетр, в левой держава, стоя перед удивленными подданными, я слушал свой полный титул, а на улице разносился звон колоколов и стрельба из пушек. Краем глаза заметил, как патриарх незаметно отдал письмо обратно дьякону и осталось неизвестно, что там написал Николай и было ли это правдой, а не вымыслом доморощенных интриганов.