Кэм скорее встревожилась, чем разозлилась, но выражение ее лица, как обычно, было нейтральным.
– Вам ведь это не нравится? – утвердительно спросила Блэр.
– Не нравится что? – ровным голосом уточнила Кэм.
– Не контролировать ситуацию и не знать, что произойдет в следующий момент.
– Если вы говорите о моей работе, вы правы. Моя работа в том и заключается, чтобы быть в курсе всего и контролировать ситуацию, за это мне платят.
Блэр разглядывала Кэм, но не могла ничего понять, ибо лицо Кэм ничего не выражало, а ее тон был спокойным. Двери лифта открылись, и Блэр увидела двух агентов, поджидавших их у лифта. Блэр в нетерпении закачала головой.
– Скажите им, чтобы оставили нас одних, – неожиданно попросила она. В ее голосе прозвучало что-то похожее на отчаяние.
– Спортзал на Седьмой авеню? – спросила Кэм в ответ.
– Да.
Кэм вытащила передатчик и проговорила:
– Мы пойдем в Сохо пешком, следуйте за нами на машине.
Они вышли на улицу навстречу свежему и ясному утру. Два агента прошли мимо них и сели в машину, стоявшую на обочине. На протяжении всего пути в спортзал Машина медленно следовала за ними.
Блэр посмотрела на Кэм, идущую рядом с ней и непрестанно сканирующую взглядом улицу и проезжавшие мимо автомобили.
– Так вы серьезно хотите меня защитить? – спросила Блэр у Кэм.
– Конечно.
– Почему?
– Потому что вы нуждаетесь в защите и потому что меня об этом попросили.
– И что, вы на самом деле броситесь под пулю, чтобы спасти мою жизнь? – насмешливо спросила Блэр. На лице Кэм дрогнул мускул, а ее серые глаза потемнели.
– Да, – отрывисто сказала она. Она посмотрела Блэр прямо в глаза, ища в них скрытый намек. Кэм не сомневалась, что Блэр неспроста затеяла этот разговор. Блэр смотрела на нее с вызовом и не менее пристально.
– У вас уже есть подобный опыт, не так ли? – запустила Блэр пробный шар. В конце концов, быстрый вздох, сделанный Кэм, и то, что она немного сбилась с шага, вознаградили Блэр: она поняла, что ее вопрос попал в цель. И у Робертс есть слабое место, с ликованием подумала Блэр. Когда Кэм не нашлась с ответом, Блэр надавила еще сильнее.
– Ну вы же знаете, все это записывается.
– Тогда вы знаете все, что можно об этом знать, – натянуто ответила Кэм. Она изо всех сил старалась не вспоминать лицо Джанет.
– Да?
– Вы же сами сказали, что все записано.
Блэр рассмеялась:
– Мы обе знаем, насколько точны такие записи, не правда ли, агент Робертс?
Они отправились не в элитный спортклуб, где Блэр занималась йогой и аэробикой. Блэр быстро прошла мимо центрального входа в фитнес-центр и свернула в соседний переулок. Кэм тяжело вздохнула, когда Блэр схватила ее за руку и повела к узким замусоренным ступеням, которые вели в большой зал на третьем этаже старого многоквартирного дома.
В зале были почти одни мужчины. К потолку на цепях были подвешены потрепанные боксерские груши, и мужчины в драных футболках или вообще с голым торсом молотили по ним кулаками. В каждом углу помещения стояли скамейки для подъема тяжестей, где потели мускулистые парни. В центре зала на возвышении расположились два боксерских ринга. На одном из них двое мужиков всерьез мутузили друг друга. Кэм могла поспорить, что в зале находилось человек шесть уголовников, которые вполне могли знать, кем на самом деле являлась Блэр.
– Вы бывали здесь раньше? – спросила Кэм, обходя мужчин и следуя за Блэр вглубь помещения.
– Я хожу сюда по три раза в неделю вот уже полтора года.
Кэм пришла в ярость. Никто не сказал ей об этом месте! У нее не было информации о тех, кто посещал этот спортзал, и ни малейшего представления о планировке здания – она не могла обеспечить эффективную защиту Блэр. Какого черта они проглядели это место?!
Словно прочтя эти мысли, Блэр сказала:
– Они не знают.
– Как такое возможно?!
Блэр улыбнулась спонтанной и обезоруживающей улыбкой. Впрочем, разозленная Кэм этого не заметила.
– Охрана думает, что я хожу к своему терапевту, его кабинет прямо за углом.
– Задняя дверь?
– Угу.
Кэм даже не поинтересовалась, зачем Блэр так делала, она и так знала причину. Читать девушке нотации о опасности было бессмысленно. Блэр явно больше заботилась о своей свободе, чем о безопасности. И не мудрено, если учитывать то, что последние пятнадцать лет за ней постоянно маячила тень охранников. Кэм хотела изменить ситуацию.