– Да? Она..?
– Она пришла в себя. Конечно, еще очень слаба, но в остальном, кажется, с ней более или менее все в порядке.
На несколько секунд в трубке повисло молчание, после чего слегка дрожащий голос произнес:
– Огромное спасибо, что позвонили мне.
Поколебавшись, Марсия добавила:
– Она сразу же спросила про вас.
Блэр резко выдохнула. Боже, как же я хотела быть там, когда Кэм очнется! Как только врачи подтвердили, что жизнь агента Робертс в безопасности, Белый дом и Секретная служба стали невыносимо давить на Блэр с тем, чтобы перевести ее в надежное место до завершения расследования. Блэр не хотела оставлять Кэм, но не могла бороться против всех в одиночку. Даже Мак мягко сказал ей, что Кэмерон наверняка бы хотела, чтобы она уехала. Именно тогда он напомнил ей, что Кэм чуть не погибла, спасая ее жизнь, и Блэр наконец сдалась. Уезжать от Кэмерон было труднее всего в жизни. Блэр чувствовала себя так, будто оставляет с Кэм свое сердце.
– Вы могли бы сказать… сказать ей… что я ее… – Блэр смутилась. Кэмерон никогда не поверит ей.
– Мне кажется, вам самим нужно сказать ей это, когда наступит время, – мягко сказала Марсия.
– Да, конечно, – быстро ответила Блэр, взяв эмоции под контроль.
Она еще раз поблагодарила мать Кэмерон и положила трубку. Она отвернулась, прекрасно зная, что время, когда она сможет разделить с Кэм то, что переполняло ее душу, не наступит никогда.
Глава девятнадцатая
– Как она отреагировала? – поинтересовался Мак.
Заместитель директора Секретной службы Стюарт Карлайл изучающе посмотрел на молодого человека, пытаясь понять, насколько можно быть с ним окровененным. Лицо Мака выражало искреннее беспокойство и, может быть, нечто большее, похожее на симпатию и сопереживание.
– Она отреагировала спокойно, не спорила и не сопротивлялась.
– Мда, – протянул Мак.
– Меня тоже это беспокоит.
Стюарт не смог понять по лицу Кэм, как она восприняла его слова о том, что она больше не будет охранять Блэр Пауэлл, когда выздоровеет. Ее лицо ничего не выражало, лишь, как показалось Карлайлу, у нее на миг потемнели глаза.
– Врачи решили, что я не смогу полностью восстановиться? – спросила она, наконец.
Стюарт смотрел в окно, подбирая подходящие слова, ему хотелось, чтобы у него был другой ответ для Кэм. Он сам не знал причины, но это было не его решение. Кэмерон Робертс слыла настоящим героем, вся Секретная служба только и говорила о ней, и даже президент публично выразил ей свою благодарность. Она не колеблясь сделала то, о чем каждый из них в глубине души спрашивал себя – а я бы так смог? Она была готова погибнуть, выполняя свой служебный долг. Это высший пилотаж в их работе. То, что Карлайл должен был ей сообщить, было лишено всякого смысла.
– Врачи сказали, ты поправишься. Это Блэр Пауэлл попросила, чтобы тебя сняли с должности начальника ее охраны.
Кэмерон вцепилась одной рукой в больничную простыню, но так и осталась лежать, не двигаясь.
– Понятно, – сказала она безжизненным голосом. Она надеялась… Все твои надежды теперь ничего не значат. Ты ошибалась.
Он попытался сгладить ситуацию, уверяя ее, что, когда она окончательно поправится, ее просто завалят предложениями. После всего этого ты можешь почивать на лаврах до пенсии и жить себе где-нибудь на необитаемом острове, убеждал ее Карлайл. Кэм не спорила с ним, но он понял, что она его просто не слушает. Он чувствовал себя обманщиком, но он сделал то, что должен был. Уходя, он обернулся на Кэмерон, она уставилась куда-то вдаль, ее лицо и тело застыли в неподвижности, и, казалось, что она почти не дышит.
– Она справится. Она всегда справляется, – с грустью сказал Карлайл.
Но Мак не был в этом так уверен.
Спустя девять месяцев Кэмерон полностью восстановилась и вернулась на службу. Казалось, будто последнего года просто не существовало. Она успешно завершила реабилитацию, прошла психиатрическую комиссию и получила допуск к работе. И теперь Кэм обсуждала со Стюартом Карлайлом свое новое назначение. Ее вернули в отдел расследований, в сферу, в которой она чувствовала себя как рыба в воде.
И вот она снова в кабинете начальника, снова они говорят о ее назначении, все повторяется. Только на самом деле все изменилось, она сама стала другой. Кэм чувствовала себя как никогда одинокой. Однажды, разбирая свои вещи после больницы, она наткнулась на записку, которую в последнюю их встречу ей оставила Клэр. Казалось, с того момента прошла целая вечность.