Нидон поставил горшок и извлек из кармана белого рудодельского фартука смятый кусок кожи, исписанный с обеих сторон.
- Вот, если по одной ложке на болвана, а в ложке сотая часть тяги, а в горшке полтяги…ой, я опять запутался!
Вириана решительно забрала у него кожу и повертела в руках.
- Набери полный горшок, на двести точно хватит, а там посмотрим. А это что у тебя на другой стороне?
Подмастерье смущенно оглянулся на молодого мастера Сегенора, но тот не собирался жалеть ученика.
- А на другой стороне он хотел записать состав взрывного зелья, а написал щелочь для стирки с удобрением для головиц!
- Ну ладно, я же все понял! Ты бери кожу себе, Оружейница, может, пригодится что-нибудь записать… –попросил подмастерье Нидон и вдруг замер у стены, будто что-то пришло ему в голову. – Послушайте, а как враг узнает, когда пойдет поддельный обоз?
Похоже, этот путаник не так уж глуп, и Анден вовсе не зря просил отца о помощи!
- Мы ему сами все объясним! То есть напишем! - быстро заговорил драконик. – Послезавтра вечером отец пришлет мне письмо, письмо принесет гонец Гиро, он всем носит письма за плату…
- Видали мы такого! - проскрипел старый Данор. – Он письма не только носит, а еще и читает, и князю своему читать дает!
- Ну и пусть читает, нам этого и надо! - подхватил Анден. – Мы дадим ему поддельное письмо, а эта подделка попадет в руки Бешеного!
- Вот быстрый! Как ты ему это письмо подсунешь? - поинтересовался старик.
- Завтра придумаем, а сейчас начнем делать болванов! Все за мной на глиняные выемки! - объявил Сегенор и увел стоящих вокруг рудоделов, а за ними умчался и подмастерье Нидон со своим горшком. Анден и Вириана тоже хотели уйти, но их остановил старый советник, расположившийся на лавке в кузнице.
- А ну-ка, идите сюда, молодежь! Как ваше расследование убийства? Нашли что-нибудь или война, как водится, все следы стерла?
Вириана кивнула, покраснев, как спелый златоцвет. Ну зачем она смущается, как будто не в боях была, и не рампер возвращала, а бездельничала! Нет, Анден больше не позволит ей брать все на себя!
- Да не было никаких следов! – проговорил он с досадой. – Как будто прилетел откуда-то огонь, сжег человека и никогда не вернется!
- Никогда не вернется? - переспросил старик. – Никогда не возвращаются только оттуда, где меня уже заждались! Подумайте-ка, не мог ли сжечь его тот, кто погиб, скажем, в этой войне с Мадором Бешеным? Или, может, умер недавно какой-нибудь стихийный повелитель огня?
Анден припомнил все последние новости.
- Мать Мадора Бешеного умерла в эти дни, но она была старая…
- Старая – это сколько?
- Ну, если ему сорок, то ей, наверное, шестьдесят, а может, и больше… - проговорила Вириана. Старый Данор так и подпрыгнул на лавке.
- И, по-твоему, это старость? Да шестьдесят, если хочешь знать, это золотые годы! А как ее звали, не помнишь?
- Княгиня Дита из Отбитой крепости.
Старый советник оживился.
- Дита? Конечно, помню! Княжеского рода была, только не из Отбитой… Семья был княжеская, но ее выгнали за внебрачного ребенка, этого самого Мадора… Вихрь была, а не девка!
- А огнем она владела? Ты огонь у нее видел? - спросил Анден.
- Всякие видал виды, но своими глазами огня у нее не видал. Однако через десять лет после того, как Диту выгнали из дома, вся ее семья в одночасье погибла в пожаре. По округе упорно ходили слухи, что это она за все хорошее их огнем порешила, но свой был у нее огонь или просто подожгла она дом, не скажу. Однако не из рода человек рождается, а в род, а ее внук, сын Мадоров, уж точно огонь, и в кого-то же он должен был уродиться?
- Но если она была пожилая, болела и умерла, то, наверное, у нее не было сил жечь? - проговорила Вириана. – Да и на тележке к Лесной Запруде кататься она тоже вряд ли могла…
Расследование снова встало. Да и зачем надо было старой, больной женщине жечь соседа, которого она едва знала? Анден так и не успел ничего придумать. Вернулся подмастерье Нидон и потащил их к Сегенору – делать и привязывать болванов.
Глава 29. Тайник. Историческая редкость
Дарион отпустил рампер и распрямился. Сколько же он просидел сегодня за этим столом! И как занятно устроены у некоторых мысли! Чуть только увидят отличие соседей от самих себя, так сразу объявляют их уродами с дурной кровью. И до того усердствуют в этом деле, что из одних получаются безобидные болтуны, вроде князя Кодана, из других - пламенные обличители, вроде несчастной Мистры, а попадаются и полные подобия Мадора Неукротимого. И ни талант, ни ум не позволяют им ценить человека по его заслугам, а не по предкам. Ну что тут поделаешь, по предкам проще! Нарика дернула его за рукав.