Глава 31. Тайник. Государственные люди
- Это был такой же провал с живым огнем, как во время нашего боя у Голого Камня? – спросила Нарика.
- Точно такой, только исхода перворожденных не было. Должно быть, Истинные так воевали не впервые. Вот только вот следующий их бой, во время войны повелителей вещей, мог стать последним для всего Живого Огня!
- Ты думаешь, они сами не боялись погибнуть?
- У них общее сознание, одно на всех, и, пока жив хоть один Истинный, их общая жизнь продолжается.
Нарика развернула небольшой свиток, исписанный синими чернилами, и лицо у нее вытянулось от удивления. Она перевернула листок вверх ногами, приложила к зеркалу, взялась за рампер, но ничего не помогало.
- Что это такое? Даже рампер такого языка не знает!
Дарион развернул лист, проделал все то же самое и точно так же уставился на лист. Кажется, он видел такие письма, причем именно здесь, в летописной палате Нагорной крепости! Как же они читаются? Кажется, задом наперед и через две буквы на третью… Он нашел на полке кисть, взял обрывок сонника и через четверть часа они с Нарикой уже пожалели об этих стараниях.
- «Года 6729 месяца Двух Треножников 8-го дня его княжеской милости Леонду, владыке Град-Пилейскому сия грамота от князя Реганта Синегорского направляется. Есть случай тебе явить свою воинскую честь и удачу если силы имеешь. Подгорье ныне без войска и оружия, и крепость Подгорская занята Мадором из Отбитой крепости. Если со мной исполу возьмешь ее, получим все Подгорье, что к чести и славе нашей послужит. Жду ответа как можно скорее. Князь Регант Синегорский».
Ниже этого послания красовался ответ, в котором никто не утруждал себя тайнописью, да и вежливостью тоже.
- «Года 6729 месяца Двух Треножников 8-го дня князю Реганту Синегорскому от князя Леонда, владыки Град-Пилейского. Рудоделы упрямы, если возьмешь Подгорскую крепость, сам и будешь покорять их, только Отбитую крепость мне оставь. Князь Леонд, владыка Град-Пилейский».
- Два самых настоящих подлеца! - с чувством высказалась Нарика.
- Два государственных человека, но одно другому не мешает, - уточнил Дарион и взялся за рампер. История чудесного оружия и его создателей подходила к концу. Стало понятно, почему в семье князей Нагорного Рошаеля рождались из поколения в поколение стихийные мыследеи камня и огня, но не было повелителей воды и ветра. Далеко в глубине тысячелетий терялись повелительница камня и стихийный повелитель огня, оставившие свой дар потомкам. Дариону, наследнику этого дара, было непонятно только одно - как стихийный повелитель получает власть именно над той стихией, которая ему предназначена судьбой?
Глава 32. Память. Честь и слава
Солнце встало над Малым Ущельем, и по черно-белому осеннему лесу побежали золотистые отблески. Желтый поток на дне ущелья разлился в озеро, от которого исходил сладкий запах силы-камня и теплый пар. Волны на желтой жидкости застыли мелкой рябью, и от них отражались веселые отблески солнечных лучей.
С гребня горы Вириана видела открытые настежь ворота над ущельем. В ворота входила длинная вереница раненых, а навстречу им бежали плачущие старики, жены и дети. По тропам на склоне возвращался поддельный обоз, а на многоногах, вместо вьюков с поддельными снарядами, теперь сидели раненые. Впереди ехал старый советник Данор, подгоняя многонога палкой и каблуками, а над его головой летел зеленый рампер. За обозом, оставив болванов вместо часовых, шли по склонам настоящие воины-рудоделы, унося не сработавшие снаряды, оставшиеся без дела сети и веревки. По пути они отвязывали от деревьев наемников с приросшими к ним сетями и связывали их в цепочку, однако пленных было немного – большая часть войска Неукротимого погибла в провале под волнами желтой жидкости, а те, кто шел по склонам, давно разбежались.
- Идем, все собираются к воротам! - сказал Анден. Он расправил крылья и смотрел вокруг так весело, как будто всю ночь не воевал, а спал у теплой печки, и с сегодняшнего утра у него начиналась новая прекрасная жизнь. Подмастерье Нидон уже ушел по тропе в Подгорскую крепость, а глава Тарен со своим отрядом куда-то улетел. Все устали после бессонной ночи сражения, а Вириана уже не понимала ничего, кроме того, что врага и его войска больше нет и никогда не будет на свете. Она стала настоящей Оружейницей, а может быть, и оружием, но как же она устала! Даже идти по горной тропе уже нет сил.