Понятно! Покупать работу Вирианы оптом – не получилось, занять крепость под видом защиты – не вышло, теперь женихов предлагает! Это сейчас определенно лишнее, а вот проверить его почерк можно. Неприлично, конечно, но ведь надо что-то делать с расследованием убийства! Ее взволнованная мыслесила приподняла скатерть, и Вириана поспешила успокоиться.
- Благодарю твою княжескую светлость, но сейчас не время для сватовства. – сказала она. - По обычаю, за погребальным костром следуют три месяца стихийных дней, проводимых в молитвах святым стихиям. Однако, если речь пойдет о помощи в делах, брат Бренон уже сейчас может заверить наше деловое соглашение о продаже кричного железа твоей княжеской милости мне, в кузницу Оружейной крепости.
Гости за столом посмотрели на нее, как на безумную, а ходатай невозмутимо достал из сумки чистый лист сонника и кисть с чернильницей.
- Пусть хранят тебя святые всеблагие стихии, твоя княжеская милость, - проговорил ходатай. - Если ты напишешь несколько слов соглашения, как сам разумеешь, я припишу внизу слова клятвы и заверю.
Князь Регант, не меняя равнодушного выражения лица, взял кисть и крупным ровным почерком изобразил: «Сим обязуюсь привезти до конца месяца сорок тяг кричного железа в Оружейную крепость в обмен на сто мечей лучшего качества в тот же срок…»
Нет, даже ради расследования на такое кабальное соглашение она не согласна!
- Мечи будут до конца года, а не месяца! - вставила Вириана, но князь Регант даже не посмотрел в ее сторону, будто вообще не слушал новую хозяйку Оружейной крепости. Ах, вот как?
- Тогда соглашения не будет, - быстро проговорила Вириана, схватила листок и сунула его за пазуху кузнечной куртки. Соглашение не состоялось, но расследование выиграло – князь Регант определенно не писал подложного письма, почерк у него был куда красивее, чем у злодея.
Серебряное блюдо с рыбой и глиняный узорный кувшин со средилетним листом вновь подпрыгнули на белой скатерти. Кто это так волнуется, что не может удержать мыслесилу? Ах, это же сотник Мадор, прекрасный витязь, как уверенно и величаво сидит он за этим столом, как решительно поднимает очередную чашу с вином! Но он, кажется, уже настолько захмелел, что не следит за мыслесилой, как бы его остановить? Все-таки здесь не деревенская свадьба с драками, а княжеские поминки!
- Слабак, который надевает доспехи раз в год и торгуется даже за поминальным столом, это не князь, а купчишка! - загремел сотник Мадор, повернувшись к князю Реганту. - На такого даже ящерюка подседельная не посмотрит!
Вириана онемела от ужаса, а князь Регант изящно подцепил на золотую спицу кусок мяса из блюда, обмакнул в миску с пахнущей грибами подливкой и принялся равнодушно жевать. Однако прекрасный витязь не унимался. Повернувшись к Кирине, которая глядела на него очарованными глазами, он продолжал.
- Вот красотка знает, на кого смотреть! В первую ночь, девка, поймёшь, чем настоящий мужик отличается от слабака с рабьей душонкой!
Лицо Кирины вспыхнуло, а драконик Анден, приподняв крылья, встал со своего места.
- Сотник Мадор, придержи язык и не смущай хозяек дома! - пророкотал его мягкий голос, но в нем послышался отдаленный гром.
- А ты куда лезешь, рогатый? Ей, может, нравится, а меня и на вторую, ящерюку здоровенную, хватит!
Анден хлопнул крыльями, запустив в небо столб жарких искр, но глава Тарен решительно усадил сына на лавку. Драка откладывалась, но надолго ли? А каким счастьем осветилось лицо Кирины, когда заговорил прекрасный витязь, каким восторгом сверкнули ее глаза, и каким пламенным взглядом ответил ей Мадор! Вириана задумалась, глядя перед собой. Так он действительно хочет жениться на них обеих, это серьезно? Закон такое позволяет, но прекрасный витязь сегодня уже во второй раз заговорил о приданом! Похоже, он хочет получить и крепость, и угодья, и обеих сестер. И не надо себя обманывать. Кирина будет женой, Вириана – бесплатной работницей, и обеим останется только благодарить отца, запретившего дочерям передавать наследство кому бы то ни было. Хотя остановит ли этот запрет Неукротимого?
- Раз уж тут еды полно, сразу свадьбу сыграем, расходов меньше будет! – громыхнул сотник Мадор.
- Да, да, я согласна! - закричала Кири, подпрыгнув на лавке. – Я согласна, мой любимый, мой прекрасный витязь!
- Поглядишь – картина, разглядишь - скотина! - громко изрек со своего места кузнец Нильт, а его мыслесила приподняла скатерть и блюдо с квашеными самоспелами в опасной близости от прекрасного витязя. Да это еще хуже, чем пьяная драка!