Как же больно отказываться от любви! Но она должна это сделать, потому что только она может сейчас противостоять неукротимому витязю по закону, и только она вместе с братом Бреноном должна довести до конца расследование. Конечно, сотник Мадор не убивал отца, ему было некогда и нечем. Но, с другой стороны, ему очень выгодна гибель князя Кодана, при живом главе семьи получить приданое его дочерей было бы куда труднее…
Брат Бренон подсунул под ее руку лист с договором. Вириана пробежала его глазами - все хорошо, все правильно, оплата один золотой в конце года. Она взяла кисть и отчетливо подписалась – Вириана Оружейница. Теперь в Оружейной, кроме двадцати бойцов охраны, будет еще и драконик, это серьезная сила. И вот у кого она спросит о крылатой родне - у ходатая!
- Скажи, брат Бренон, ты что-нибудь знаешь о родстве нашей семьи с Народом Огней?
Бренон посмотрел на нее так, будто она призналась в неграмотности.
- А ты разве не знаешь сама?
-Нет, я помню только, что мама однажды возила меня в Страну Огней в гости. Но к кому и зачем, я не помню.
- Мне отец говорил, что князья Оружейной крепости - родственники нашего князя! - вставил Анден.
- Ну что же, я не связан клятвой, да и тайны из этого никто никогда не делал, кроме покойного князя Кодана, конечно, - проговорил брат Бренон. - С благословения четырех стихий, сейчас я все расскажу.
Глава 11. Тайник. Не вся правда
А вот и еще родство - с крылатыми повелителями огня! Об этом Дарион не только не читал, но даже не слышал! Может быть, они поймут, в чем дело, когда узнают родословную сестер из Оружейной крепости? Нарика снова открыла огромную книгу рудодельских летописей и нашла страницу, заложенную зеленоватым листом сонника.
- Дарион, скажи, а как рампер показывает нам то, при чем его не было? Во время поминок он стоял в мастерской и усваивал познания, которые привязал к нему своей мыслесилой мастер Гавор!
Дарион задумался. Почему, действительно? Может быть, дело не в памяти самого рампера?
- Думаю, он помнит не сами события, а воспоминания о них.
- Чьи воспоминания?
- Людей, которые участвовали в этих происшествиях, а потом держали рампер в руках. Он же слышит мысли, как хороший мыслеслушатель! На следующий день после поминок Вириана Оружейница, мастер Гавор и драконик работали с ним и наверняка передали ему свои воспоминания, сами того не зная. Наверняка они вспоминали похороны князя Кодана и бесчинство Неукротимого на поминках!
- А в летописи все вообще не так! Как это может быть, ведь это летопись, значит, должна быть правда!
Ну что она, как маленькая, - если летопись, то правда! Больше, чем в летописях, не врут нигде, разве что в чувствительных историях о любви!
- За двадцать столетий эту летопись переписывали раз десять, и каждый раз так, как нужно было по государственным соображениям, - сказал он.
- Государственные соображения? А как же правда? Истина?
- Одно другому, как правило, не мешает. А что такое истинное ты нашла?
- Вот здесь говорится о рампере мастера Гавора, но ни слова нет ни о Вириане, ни о драконике!
Гавор ему тот рампер славный
Сковал для битвы самой главной.
Вложил в него такую силу,
Чтоб только доброму служила.
Гавор такое многим делал,
Да жадность князя одолела.
Решил Мадор наш край занять,
И мастеров в свой плен угнать.
Значит, это не вся правда?
- Это то, что рудоделы сейчас хотят считать правдой. Где истина, мы теперь вряд ли узнаем, нам важнее разобраться в родословной. Думаю, это родословная не только сестер из Оружейной крепости, но и наша.
Глава 12. Память. Родословная
День подходил к концу. Красный закат полыхнул над вершинами Подгорского хребта, вспыхнул огненной рябью на речной воде, сверкнул на серых каменных крышах Оружейной. Анден устроился на ветке златоцвета, с которого вчерашний ветер еще не сорвал черные и серые листья, и смотрел, как молодые бойцы убирают навес и уносят стол. Хорошо, что Вириана согласилась взять его на службу! Придется, конечно, и жечь силу-камень у мастера Гавора, и охранять Оружейную, но теперь он будет рядом с Кириной! Где ее комната? Вот в одном окне мелькнул за мутным семикрыловым крылом белый свет сальной свечки и проплыла дородная фигура няньки, а за ними скользнула легкая и гибкая, как стебель драконовых очей, девичья тень. Она, Кирина! Какая чудесная красота - и нежная, и гордая, и пылкая! Даже подступиться страшно, однако если не попробовать, то можно просидеть на дереве как раз до ее свадьбы с сорокалетним наемником. А что там скрипит внизу? Ага, это Вириана устраивается на лавке у стены вместе с братом ходатаем! Что же там у них с этим родством? Наверное, Кирина тоже захочет послушать? Точно! Вот она приоткрыла окно, смотрит вниз и ждет, когда начнется рассказ. Как гибко и плавно она движется, смотрел бы хоть целый год! А как хороши эти распущенные черные кудри, нежные губы и восхитительно дерзкий носик! А это что такое? Зачем толстая нянька задернула занавеску? В крепости, хоть и небольшой, с закрытыми воротами и охраной в два десятка бойцов можно не бояться чужих взглядов.