- Прекратите! – закричал Сегенор, вставая рядом с ней. – Брат Бренон, пиши жалобу в княжеский суд, заказчик не только не собирается платить за работу, но и пытается убить мастера! Опиши все, как было, пусть союзные князья все себе представят!
- Эй, вы, пошли вон! По морде захотели, или чего покрепче? – Мадор надвинулся на Вириану, огромный, как гора. Хоть бы Сегенор отошел, его же сейчас раздавят! Заскрипели рессоры тележки, это советник Намолон выбрался из нее, помогая себе посохом.
- Властью, данной мне народом Подгорья, повелеваю горным мастерам не противиться превосходящей силе и не мешать славному князю Мадору Неукротимому уйти с оружием, каковое к нему привязано.
- Ты позоришь Подгорье, Намолон! - крикнул мастер Гавор, гневно сдвинув брови. – Ты сам твердил мне о святости договора, но боишься требовать платы по соглашению? А ты, сотник Мадор, должен расплатиться! Сила оружия решает не все!
- Мы сделали по договору все, что должны! - через силу прохрипела наполовину окаменевшая Вириана. Худой, быстрый помощник Фоден мгновенно оказался рядом и затараторил, то и дело оглядываясь на Главного советника Намолона.
- Каменная особа, лишенная человеческого облика и чуждая народу Подгорья, не имеет права голоса в делах горных мастеров! Ты, повелительница камня, должна молчать там, где тебе не давали слова! Портить отношения недопустимо!
Скорее прийти в себя! Вириана принялась быстро шевелить пальцами и притоптывать ногами, стараясь снять окаменение.
- Договор – не гвоздь жареный, он испортить деловые отношения не может! А размахивать оружием в деловом разговоре неразумно! - продолжал мастер Гавор. Прекрасный витязь посмотрел на него и Вириану с таким презрением, что она была готова сгореть со стыда.
- Всякий человек соблюдает свою выгоду в делах, - подошел Анден к советникам. - Но почему вы, правители Подгорья, не желаете даже получить налог с мастера Гавора, когда сотник Мадор расплатится за работу?
Намолон снова зазвенел посохом.
- Что за безобразие? Крылатый повелитель огня? Драконик в Подгорье не имеет права голоса! Князь Мадор, прими мои извинения от лица Совета мастеров! А если мастер Гавор чем-то тебя обидел или обманул, говори сразу, я велю ему сделать все, что тебе требуется!
- Пожалуйста, иди с твоим оружием и не гневайся на неразумного мастера Гавора! - подхватил Фоден, кланяясь в пояс. Сотник Мадор даже не взглянул на его старания. Бренон поднял с пола грязный и прожженный листок соглашения о передаче оружия.
- Мастер Гавор честно и до конца выполнил все условия договора, подписанного прежде. Имея это соглашение и договор, мы можем идти в суд союзных князей, и их сила поможет нам добиться…
Намолон не дослушал.
- Мне не нужны советы посторонних, даже ходатаев! Пошли, Фоден, у нас совещание!
И он поплыл по площади в Дом Совета, а Фоден вприпрыжку помчался за ним.
- Тьфу на вас! Сроду таких не видал! – крикнул вслед советникам длинноволосый старик, оставшийся в своей коляске. - Чванитесь, будто правите всем миром, а перед каждым наглецом на колени пасть готовы! Советниками только называетесь, а дело делать не способны!
Намолон и Фоден даже не оглянулись. Мадор, подняв рампер, вскочил на ящера и замахнулся на старика. Да он же его убьет сейчас! Вириана рванула рампер мыслесилой, и зеленые зубья, пролетев рядом с плечом невозмутимо глядевшего старика, врезались в сиденье коляски. Рампер задрожал, выдергивая зубья из сиденья, взлетел и послушно вернулся в руку прекрасного витязя.
- И вы, рабьи душонки, еще денег за такое хотите? Летает, а не бьет? – загремел его голос на всю площадь. – Если такое у вас лучшее оружие, его с приплатой надо отдавать, а не золотые требовать! Совсем страх потеряли!
А ведь это он из-за нее, Вирианы, так разгневан! Надо срочно что-то делать! Она подбежала вплотную к когтистым лапам ящера.
- Сотник Мадор, это я отвела рампер своей мыслесилой!
Черные брови издевательски поднялись над огненными глазами.
- Опять ты, ящерюка подседельная? Да чего тебе еще надо? Мужика нет, так ты и бесишься? Если так просишь, возьму тебя в придачу к рамперу, но только с Оружейной в приданое!
Вириана почувствовала, что краснеет, как перезрелый златоцвет. Ну почему прекрасный витязь так оскорбляет ее при всех? Почему ее любовь, ее несбыточную мечту надо еще и топтать ногами! Или это она сама виновата в том, что вызывает у людей желание оскорбить ее? Почему же она такая… Она не успела подумать, какая именно, а прозрачная волна огня уже сорвалась с крыла драконика и полетела над головами сотника Мадора и его ящера.