- Что случилось?
- Я стихи написала, любимый, они только для тебя! Возьми их с собой, и пусть они хранят тебя в бою, мой единственный! - она сунула ему свиток со стихами и обняла его за шею. Куда она лезет обниматься, как будто он ночью не сделал с ней все, что надо? Может, и ее запереть в подвале - после того, как родит парочку сыновей?
- Я тебе что сказал? Не лезь, когда тебя не звали!
Он развернул ее одной рукой и подтолкнул к лестнице. Почему Вингар до сих пор не явился с новобранцами? Даже гонца не догадался послать вперед! Может, мохномордые, которые заняли Отбитую, задержали их? Ну нет, Вингар – опытный воин, по большому тракту мимо Отбитой он отряд не поведет, обойдет оврагами и лесом.
Ладно, пока они не появились, надо посмотреть, что эта красотка принесла, может, к стишкам что-нибудь полезное приписала? Бывает же иногда и от нее польза! Мадор развернул свиток и пробежал глазами короткие корявые строчки.
Воин, неукротимый в боях,
Лучший с огней рожденья,
Поднял Мадор священный свой стяг
Чтобы отмстить униженье.
Вскоре он горных изгнал мастеров,
Предателей покарал он.
Дом их стал домом его сынов,
Славы народа началом.
Полезного ничего не было, однако сами стишки оказались недурны – он отомстит за смерть матери и обеспечит будущее своих детей, он возьмет Подгорье, вернет Отбитую, и это будет совершенно справедливо. А проклятые недоростки и мохномордые уроды будут еще долго визжать под его плетью, пока не сдохнут!
По дороге застучали хвосты и лапы ящеров, взлетели поднятые ветром листья, и из-за поворота вылетел на сером ящере Вингар, за которым попарно скакал ровный строй новобранцев. Мадор в один миг слетел по лестнице со стены, пробежал через двор, и началась обычная военная работа. Неукротимый не тратил времени на выслушивание оправданий, и Вингар не отвечал, стоя навытяжку и запоминая приказы.
– Почему опоздал? В крепость новобранцев не тащи, пускай у ворот встают, но не на дороге! Где тараны? Людей нагнал, а чем стены у недоростков бить будешь? Пошел отсюда! Таран чтобы до конца дня построили! И три гуляй-городка чтобы к закату были!
- Будет сделано, твоя княжеская милость! – наконец осмелился Вингар. - Но гуляй-городок – это четыре стены и два яруса, а ходячий забор – только одна стена и рогатки. Лучше построить десяток заборов!
- Что лучше? Кому лучше? – загремел Мадор во всю мощь голоса. – Возражать вздумал князю?
- Всем лучше, быстрее построим – быстрее Подгорье возьмем! - не оробел Вингар, но дать новый приказ Мадору не удалось. Лихо перевернувшись над головами военачальников, перед ними приземлился гонец Гиро, вытаскивая из сумки опрятный свиток сонника с голубым шнуром и синей печатью.
- От его княжеской милости Реганта Синегорского твоей милости письмо! - громко объявил гонец и сунул в руки Неукротимому свиток. Что за вздор? По чести говоря, настоящему князю и воину незачем читать писанину слабака Реганта, который оружия даже в руки не берет! Матушка всегда говорила Мадору: «Ты иной, чем все, ты воин по природе, и это твоя единственная правда. Ты можешь делать все, убить любого и взять все, что хочешь, потому что у тебя есть сила и воинский дух. Они могут строить и ковать, шить и растить, но ты сильнее их, ибо ты в одно мгновение можешь уничтожить все, что они делали годами!» Матушки больше нет, но правда остается правдой всегда. В любом бою Мадор Неукротимый выживет, а чванливый слюнтяй Регант будет растоптан лапами ящеров, так какое к нему может быть уважение, зачем говорить с ним или читать его вздор? Тем более, когда он первым пишет, то есть просит и унижается! Но ладно уж, так и быть…Мадор развернул свиток, и у него пожелтело в глазах, а мыслесила закружила вокруг сапог камешки и дорожную пыль.
«Во имя четырех стихий по праву объявляю тебе, Мадор, что дети твои, Эстен четырнадцати лет отрок, и Рона одиннадцати лет отроковица, в моем имении на полном содержании обретаются. По надобности твоей семейной и для ради сохранения мирных отношений наших, можешь вернуть оных отроков себе с возмещением расходов моих, Реганта Синегорского, тремя тысячами золотых…»
- Три тысячи золотых? Он совсем умом тронулся, твой Регант Синегорский? За пару малолеток, у которых не хватило ума дождаться отца на горе и не попасть в руки вашего соплежуя Реганта? Ничего платить не стану, пусть хоть удавится! Сам приду и заберу свою семью, когда захочу! А если не захочу, у меня две жены молодые еще детей народят!