— Ваше величество, вам следует лежать и отдыхать, — тихо проговорила женщина, когда брюнетка проходила мимо нее.
— Спасибо за заботу, Брук, но я в порядке, — улыбнулась Камилла уголками губ, но улыбка не смогла скрыть усталость.
Камилла подошла к Чарльзу и взяла его за руку. Стефан слез с коня и внимательно посмотрел на девушку. В его серых глазах было презрение и отчуждение. В это время Брук подняла голову и, заметив Сапфиру, цыкнула под нос. Стефан помог загадочной женщине слезть с лошади, и она, наконец-то, приподняла черную вуаль. Увиденное шокировало всех, даже Сапфиру, которая считала себя непоколебимой. Лицо красавицы, когда-то было искажено и покрыто мелкими чешуйками. Чары привлекательности и очарования были заменены страхом и отчаянием. Сапфира не могла отвести глаз от этой горькой судьбы, которая постигла некогда прекрасную женщину. Все присутствующие были поражены трагичностью ситуации. Это был настоящий драматический поворот, который заставил каждого задуматься о своих предрассудках и о том, что может произойти, когда красота и сила покидают нас. Внезапно все, что казалось стабильным и привычным, рухнуло, и осталась только боль и разочарование. Теперь перед ними стояла женщина, лицо которой стало символом жестокости судьбы и беспощадности времени.
— Кларисса, моя жена, и ее поразила болезнь, — в голосе Стефана слышалось презрение к женщине — Она даже не может говорить.
— Мне очень жаль, — Камилла обняла женщину за плечи. — Надеюсь, наши целители смогут помочь.
Когда они прошли в главный шатер, а солдаты разошлись, Сапфира наконец-то смогла укрыться от Брук в небе, но ей не понравилось, что женщина так подробно наблюдает за ней. Она хотела вернуться к клетке и высказать Эрни все, что думает, но остановилась и направилась к шатрам, осознавая, что они и так уже слишком много сказали друг другу в этот день. Нужно знать и границы.
Когда слуги принесли разнообразные яства для завтрака, королевская элита уже активно вела беседу на высоких тонах. Никаких особых знаний в политике не требовалось, чтобы понять, что речь идет о законном наследнике престола королевства Фейрис. Стефан и Чарльз старались доказать свою правоту, в то время как Кларисса молчала, а Камилла пыталась успокоить мужчин. Брук, стоявшая у входа в шатер, с пренебрежением наблюдала за всем происходящим. Ей казалось, что этот спор — не более чем бессмыслица, полная суеты и пустоты. В своей мудрости и понимании она видела, что наследник престола должен быть не просто умеющим убедительно спорить, а способным принести настоящие перемены в жизнь королевства и решать его проблемы на основе мудрости и справедливости. Таким образом, завтрак королевской элиты стал свидетельством не только политического спора, но и противоречий, неразрешимых разногласий и поиска настоящего лидера для королевства Фейрис. Однако, игры престолов лишали родных, даже если это было только по отцу; братские узы и простая человечность уступали место жажде власти и гневу. С каждой минутой Брук все яснее осознавала, что Чарльз, который когда-то был идеалом для нее, ничем не отличался от своего брата, который был одержим властью. Не выдержав тяжёлой атмосферы, она бесшумно вышла на улицу. Яркое солнце ослепляло ее глаза, а влажный ветер ласкал холодом кожу. Женщина медленно прогуливалась по лагерю, игнорируя украдкой любопытные взгляды окружающих. За ее спиной солдаты шептались, обсуждая ее. Без сомнения, если боги хотели создать самую неуклюжую и некрасивую женщину, то им удалось превзойти самих себя. Мощное и красивое телосложение украшало мужчин, но женщине оно просто придавало уродливость. Брук чувствовала себя неуклюжей и даже испытывала вину из-за своей внешности, что заставляло ее искривляться с юности, но боль в спине научила ее правильной осанке. Глубоко погруженная в свои мысли, она даже не заметила, как непреднамеренно столкнулась с молодым солдатом, который в результате упал лицом в грязь. Брук поспешила помочь парню встать, но он недружелюбно посмотрел на нее и сильно ударил протянутую руку.
— Смотри, куда идешь, безмозглая дылда! — завопил юноша.