В ответ далекий имперский корабль повернул вправо, показывая рейдерам свой побитый в сражениях борт и тяжелые орудия. Вдоль верхнефюзеляжного корпуса линейного крейсера две громадные башни развернулись влево, наводя энергетические излучатели на приближающееся вражеское судно. В огромных накопительных камерах лэнс-батарей потрескивали и бурлили дуги голубого цвета, набирая мощность с каждым мгновением, пока тупоносые излучатели не окутались дымкой электрической ярости. Пусть «Кулак Русса» противостоит рейдерам в одиночку и его корпус поврежден, зона дальности орудий линейного крейсера больше, чем у большинства других кораблей Имперского Флота.
Лэнс-батареи выстрелили с промежутком в полсекунды. Сдвоенный луч неодолимой силы пересек черную бездну в мгновение ока и сошелся на рейдере, опередившем остальные. Первый энергетический луч, ударив в пустотный щит рейдера, вспыхнул ослепительно белым в точке соприкосновения, из которой по его изогнутой поверхности понеслись голубые и пурпурные дуги. Какую-то миллисекунду могучая защита держалась, но затем почти неразличимый щит замерцал и ярко вспыхнул, пытаясь рассеять неимоверную мощь лэнса. Испустив сферическую вспышку света, будто лопающийся пузырь, он вышел из строя, и тут достиг цели второй лэнс-луч. Он разорвал рейдер от носа до кормы, будто вспоров борт огненным когтем, и добрался до его реакторов. Корабль Хаоса исчез в раскаленном шаре плазмы и радиоактивных паров, окатив остальные рейдеры фейерверком лилового и пурпурного огня. «Кулак Русса» открыл счет.
Полыхая реактивными двигателями, оставшиеся рейдеры продолжали гонку, погружаясь в расползающееся облако обломков. Хотя линейный крейсер все еще находился вне досягаемости их главных орудий, рейдеры несли с собой угрозу. Три корабля Хаоса, вырвавшись вперед, выстроились в линию. Черненые изъеденные дверцы пусковых шахт, утопленных в носах кораблей, разошлись в стороны, и три пары мощных сорокаметровых противокорабельных торпед помчались к линейному крейсеру, оставляя за собой вскипающие шлейфы огненного газа.
— Торпеды на подходе! — крикнул один из офицеров со своего поста на командной палубе.
Рагнару бросилось в глаза, с какой тревогой он смотрел на капитана Вульфгара.
— Лэнс-батареям перейти на противоракетное прицеливание, — приказал капитан. — Батареям левого борта взять на прицел торпедные корабли и огонь по готовности! — Вульфгар повернулся к трем офицерам, стоявшим вокруг консолей слева от него. — Артиллерист! Доложить о состоянии наших турелей ближнего боя!
— Оборонительные орудия на левом борту — готовность шестьдесят процентов, — отозвался старший офицер-артиллерист.
— Очень хорошо, — рассудительно заметил Вульфгар. — На этой дальности они, конечно, не промахнутся. Аварийным бригадам быть наготове!
Шесть торпед развернулись широкой дугой, охватывая пространство вокруг «Кулака Русса». Это мощное, но неуправляемое оружие; их траектории были просчитаны адскими логик-устройствами на борту выпустивших их судов. Быстрые, как удар молнии, они неслись к километровому борту линейного крейсера. Хотя его двигатели работали почти на полную мощность, имперский корабль мог, в сущности, с тем же успехом оставаться на месте.
Сдвоенный голубой луч хлестнул сквозь темноту по приближающимся торпедам, взорвав четыре из них и превратив их в шары ядерного пламени. Последняя пара смертоносных реактивных снарядов, проскользнув мимо продольных лучей, неслась к «Кулаку Русса».
На расстоянии пятидесяти километров загрохотали оборонительные орудия корабля, обрушив навстречу приближающимся торпедам поток энергетических зарядов и разрывных снарядов. Сдетонировавший неподалеку снаряд пробил топливный бак одной из вражеских торпед, и последующий взрыв разнес ее в клочья. Вторая торпеда продолжала полет невредимой, попав благодаря нечестивой удаче в щель в зенитном заграждении линейного корабля. Она поразила «Кулак Русса» прямо перед ангарной палубой левого борта, ее ядерная боеголовка взорвалась с грохотом молота злобного божества.