Космический Волк почувствовал на себе взгляд Рагнара. Он оглянулся на молодого Волчьего Клинка, его губы растянулись в зверском рыке, и мохнатая морда покрылась складками.
Изрыгая проклятия, Рагнар, рванувшись вправо, откатился в сторону от сцепившихся воинов. Через считаные мгновения он, шатаясь, поднялся на ноги и развернулся с оружием наизготовку, но сражавшиеся космодесантники пропали из виду. Они просто исчезли, словно их никогда и не было.
Болт-пистолеты громыхали, выстрелы эхом отдавались от стен. Цепные мечи пели свою суровую боевую песнь, раздирая чудовищную плоть монстров, и затем внезапно наступила тишина, в которой отчетливо слышались лишь учащенное дыхание обессиленных людей и мучительные вздохи раненых.
Каменный пол, казалось, ходуном ходил под ногами Рагнара. Оцепенев от пережитого потрясения, молодой Космический Волк обвел взглядом залитую кровью комнату. Харальд и шестеро Кровавых Когтей в заляпанных кровью доспехах еще держались на ногах, озираясь вокруг широко распахнутыми глазами. Трое других стояли на коленях или лежали среди тел на полу, тяжелораненые, но живые. Двое боевых братьев не поднимутся больше никогда, растерзанные щупальцами и щелкающими зазубренными клювами.
Хаэгр опустился на колени возле лежащего ничком Торина в нескольких метрах слева от Рагнара. Старший Волчий Клинок отчаянно пытался подняться с помощью Хаэгра, несмотря на глубокую рану в бедре.
Начав осматривать мертвых, Рагнар похолодел от страха. Офицеры-мятежники все до единого были разорваны демонами или расплавлены огнем чародея.
Никаких признаков присутствия Сигурда. Молодой Волчий Жрец исчез.
Они летели назад на «Громовых ястребах» в молчании, каждый воин погрузился в собственные мрачные мысли. Харальд предложил унести из командного пункта всю полезную информацию, какую удастся найти, и они забрали оттуда самодельные коробки с картами, информационные планшеты и блоки памяти. Погружая в транспорт своих раненых и мертвых, Волки, однако, не могли удержаться от мысли, что они потерпели неудачу. Рагнар связался с Микалом Стенмарком, когда они были еще в воздухе, и доложил ему обо всем, что произошло. Потеря Сигурда оказалась особенно тяжелым ударом для Стенмарка, напомнив ему о засаде в губернаторском дворце, в которую он попал несколько недель назад. Рагнар принял на себя всю ответственность за то, что случилось в бункере, превознося мужество Харальда и его стаи, так же как и своих товарищей — Волчьих Клинков, но не испытывал уверенности в том, что Стенмарк обратил на это хоть какое-то внимание.
Обратный полет проходил на низкой высоте над южными окраинами города, и всем на борту стало очевидно, что силы противника находятся в движении. Клубы иссиня-черных выхлопных газов висели ядовитой тучей над изрытыми дорогами, ведущими в столицу: полки пехоты и бронечасти двигались к тонким оборонительным линиям Имперской Гвардии. Над холмами к западу от города мелькали частые белые вспышки — орудийные батареи мятежников обстреливали восточную оконечность столицы. «Громовым ястребам» и сопровождающим их «Валькириям» неоднократно приходилось срываться в пике, прячась за разбитыми горными гребнями или выветренными вершинами холмов от зенитных ракет или артиллерии мятежников, и им понадобилось более часа, чтобы добраться до своих позиций и приземлиться в космопорте Чариса.
Они высаживались под очередным ракетным обстрелом, перетаскивая своих тяжелораненых собратьев в медчасть космопорта сквозь бурю огня и шрапнели. Торин ни в какую не желал слышать о переполненном полевом госпитале, в котором царил беспорядок, с его изнуренными хирургами и устаревшим оборудованием. Он настаивал на том, что получил легкую рану, которая быстрее заживает сама по себе.
— Я лучше отлежусь где-нибудь в темноте, как раненая гончая, чем буду рисковать своими конечностями в руках какого-то пьяного костореза, — заявил он, протестуя так неистово, что даже Хаэгр, пожав широченными плечами, сдался.
Конечно, они понятия не имели, что делать со старшим Волчьим Клинком, поэтому в конце концов Рагнар и Хаэгр развернулись и отнесли его назад в «Громовой ястреб».
Как только они пристроили Торина в суспензорную сетку, в которой он лежал во время обратного полета с базы СПО, Рагнар оставил Хаэгра присматривать за боевым братом и направился к командному бункеру на доклад к Ательстан и Стенмарку. По пути он подумал было навестить Габриэллу и убедиться в ее безопасности, но воспоминание о том, что он сотворил на базе, было все еще болезненно свежо. «Я представляю для нее такую же опасность, как и противник, — в отчаянии подумал он. — Что же теперь со мной будет?»