От этих звуков у Рагнара кровь зашипела в жилах. Он отчаянно попытался подтянуть ноги, чтобы встать, и заморгал, обнаружив, что больше не видит левым глазом.
Что-то тяжелое упало на него сверху. Со сдавленным проклятием он столкнул его, смутно догадываясь, что это разрубленный труп раптора. Рагнар неуклюже откатился от него и оказался лежащим на спине.
Над ним навис темный силуэт. Оскалив зубы, Рагнар попытался поднять меч, но на его кисть опустился бронированный ботинок и пригвоздил ее к земле. Молодой Космический Волк поднял руку, в которой всегда находился болт-пистолет, но обнаружил, что она пуста.
Над ним по-прежнему раздавался вой. Сверкнула молния, и в ее мерцающем свете Рагнар увидел, что фигура над ним — в темно-серых силовых доспехах, похожих на его собственные. Пожелтевшие черепа и кожаные шнуры, унизанные длинными изогнутыми клыками, а также древние железные эмблемы, на которых были выгравированы руны его народа, свисали с пояса воина. На иссеченном правом наплечнике воина оскалилась в свирепом рыке рыжая волчья морда.
Воин огромен, он, бесспорно, так же велик, как Хаэгр. На его широченных плечах — черная волчья шкура, а седые волосы заплетены в две толстые косы, которые свисают на инкрустированный рунами нагрудник. Его косматая борода, однако, все еще черна, как гагат, а глаза, сверкающие из-под кустистых бровей, отливают желтым золотом, подобно волчьим. Одной рукой он сжимал мощный однолезвийный топор, изогнутый клинок которого покрывали шрамы от бессчетных суровых битв. В темном металле вырезаны странные руны, и он потрескивает невидимой и смертоносной энергией.
Когда воин заговорил, его голос оказался холодным и суровым, как ледники Фенриса, полным силы и невообразимо старым. Для молодого Космического Волка это был голос бога.
— Должно быть, ты — Рагнар Черная Грива, — произнес воин. — Мы тебя искали.
Глава пятнадцатая
РОТА ВОЛКОВ
Высоко над головами с воем пронесся орудийный снаряд. Стрелок вражеского танка в запале дал залп слишком рано, промазав по отступающим имперским войскам на сотни метров. Гренадеры кричали и ругались друг на друга, беспорядочно убегая по заваленной обломками дороге. По отступающим солдатам велся продольный трассирующий огонь из тяжелых стабберов, их поливали залпами из лазганов. Люди корчились от боли, зажимая раны, или замертво падали на землю.
Поток впавших в панику гренадеров плыл темными волнами мимо невозмутимых, как скалы, Микала Стенмарка и его четырех Волчьих Гвардейцев. Лишь присутствие этих гигантов в доспехах не позволяло отступлению имперских войск превратиться в повальное бегство. Космические Волки держались бесстрастно, удалялись размеренным шагом, оглядываясь и уничтожая вражеские группы, когда те подбирались к ним слишком близко.
— Хаакон! — крикнул Стенмарк, указав Алым Когтем на танк мятежников, который осторожно продвигался среди групп вражеских солдат в сотне метров позади них.
Терминатор справа от Стенмарка, остановившись, поднял руку с прицельным устройством и, определив дальность, выпустил одну из нескольких оставшихся у него ракет «Циклон». Противотанковый ракетный снаряд со свистом и шипением помчался вдоль дороги и, попав в орудийную башню танка, взорвался. Ударная волна и шрапнель покосили пехоту, окружавшую танк, и «Леман Русс», дернувшись, внезапно остановился. Хороший выстрел, но Стенмарк не понял, удалось ли вывести танк из строя.
Они удерживали баррикаду под возвышающимся ангелом большую часть дня, отразив не менее десяти кровавых штурмов, прежде чем оказались вынуждены отойти под шквалом танкового и артиллерийского огня. Непокорного ангела вражеский снаряд сразил по глупой случайности в самом начале последнего артобстрела, и град его обломков осыпал изнуренных защитников. Чересчур суеверные, осажденные гренадеры восприняли это как предзнаменование.
Окруженные сотнями мертвых товарищей и перед лицом нескончаемого потока вражеских войск, уцелевшие полковые офицеры отдали приказ об общем отступлении, стоило мятежникам возобновить атаку. Стенмарк беспомощно наблюдал, как первые группы бросились прочь от разрушенной баррикады, но он знал по опыту, что сплотить сломленные войска, после того как начался отход, невозможно. Он сформировал из потрепанных взводов вокруг себя арьергард и послал стаю Свена бегом по дороге, чтобы космодесантники срочно создали вторую линию обороны перед отступающими гвардейцами. С тех пор у него не было контактов с молодым Серым Охотником. Стенмарк мог лишь вознести молитву Руссу о том, чтобы Свену все удалось. Они находились менее чем в километре от границы города. Если мятежным войскам удастся выйти на открытую местность за городом, то их ничто не остановит до самого космопорта.