— Холодное Пламя осталось. — Михаил пригнулся, дабы ветер не так сильно овевал лицо. Лечь бы на дно армы, укрыться ветками, да забыть о всех проблемах.
— Холодное пламя… — Менестрель схватился за инструмент, щипнул струны. — У меня родилась песня.
Белый мир наполнила приятная мелодия.
— Выдерните меня, — попросил Михаил. Он вновь провалился в замаскированную снегом яму.
— Смотреть надо, — вернулся к другу Четрн. Действуя вместе, они перебрались на менее снежный участок.
Михаил присел на россыпь валунов и принялся стягивать сапоги. Путь к Вратам изрядно утомил. Мерно шумел лес, стрекотали невидимые птахи, мелькали сквозь кроны деревьев синие пятна неба — идиллия. Настройщика одолевала злость.
Сутки назад они расстались с Лестом, оставив ему арму и ирма, с коими в лесной чаще не пройти. Менестрель долго рассыпался в благодарностях, обещал написать песнь о "Добрых Четверых", потом споро устроился на козлах и укатил к замку Таркхов — у него своя дорога. Димпы, окинув взглядом далекие силуэты деревенских строений, подтянули пояса и направились к лесной чащобе, что располагалась от них метрах в ста. Там, после часовых поисков, отыскали неприметную тропинку и бодро зашагали к цели. Тогда и начались мытарства. Тропинка оказалась коварной, поскольку на отдельных участках пути проходила над полутораметровым слоем снега. Кто ее протоптал осталось невыясненным, но, вне всяких сомнений, кто-то легкий. Димпы, чей совокупной вес внушал, регулярно проваливались, где по колено, где по грудь…
— Скоро, нет? — Лаони, не теряя времени, занялась костром. Она справедливо полагала, что обед никому не повредит.
— К вечеру дойдем, — ответил Чет после беглого изучения спектральной картины.
Спектр не подвел — с первыми звездами димпы вышли к охранной стене замка. Частично разрушенная, покрытая пятнам копоти она являла жалкое зрелище — дань отгремевшей войне и времени. Но полное лицо разрухи димпы увидели, когда достигли внутреннего двора, усыпанного обломками. Обгорелые балки, каменный хаос — из всего замкового ансамбля уцелела только одна башня, другие три напоминали деревья великаны, поваленные бурей. Уныло играл позёмкой ветер, мерно скрипела наполовину оторванная дверь — вход в замок.
— Нам туда, — передернула плечами Лаони.
Четверо настороженно ступили под своды холла. Пустота и тишина…
Отыскав неприметную дверь, ведущую к подвалам, димпы соорудили из обломков факелы и немедля спустились вниз. Миновали ряд коридоров и комнат, напоенных холодом, и вошли в украшенный неясными фресками зал, в центре которого сияли Врата — одинокие и равнодушные.
— Сначала отдых, — категорично потребовал Михаил. С ним никто не спорил.
— Только выйдем наверх, — нахмурился Чет. — Тут и костра негде разжечь.
Он повернулся и замер, поскольку увидел направленное ему в лоб дуло пистолета.
Глава 9
— Вы пришли… — Рука зеленокожего дрогнула, что не удивительно: возраст морга, судя по облику, перевалил за тысячу лет — сгорбленная фигура, глубокие старческие морщины на лице, тусклые белесые пряди волос. Да и оружие выглядело допотопным, точно средневековый кремневый пугач.
Четрн осторожно потянулся к мечу. Если он сместится вправо и ударит, у него появится шанс.
— Как долго я вас ждал. — Старец заплакал. — Я не помню свой дом…
Рухнув на колени, он медленно качнулся из стороны в сторону и упал ничком. Отчетливо звякнул о камни пистолет.
— Мертв, — сказала Лаони после беглого осмотра морга.
— Это же когда его посадили сюда? — спросил Четрн.
— Какая разница. Пойдем наверх. — Михаил двинулся к выходу. Он просто хотел есть. Чувства притупились в стремительной смене событий — преодолеть еще мгновение, уже почиталось за счастье.
— Его так и оставим здесь? — Лаони неуверенно глянула на спутников.
— На посту до конца. — Чет покинул зал.
Димпы поднялись в холл замка, отыскали тихое местечко, приготовили ужин, молча расправились с едой и легли спать. На первый караул вызвался Ор.
Ночь прошла без происшествий — в стылой тишине замковых развалин.
— Как-то даже неудобно. — Четрн задумчиво посмотрел на лежавшего морга. — Пройти Врата и не получить по морде…
— Могу тебе глаз подбить, — предложил Михаил. — Один синяк за всех.
— Не смешно.
— Хватит, — строго сказала Лаони. — Нечего тянуть.
Развернутый щит почти достиг хаотичных миров — не хватило сущего пустяка, чтобы подарить Средоточию надежду, а димпам покой. Привычным усилием они свернули защиту, нащупали новые Врата и перешли — рутинное действо, страшное в своей внезапной обыденности. Но выбора нет, как нет путей отступления — не свернуть, поддавшись сомнению…