— Хорошо пошла.
— Да.
— Тихо. — Михаил поднял руку в знак опасности… Опасности ли? В сотне метров впереди мелькнул багровый огонек. Видимый не более секунды огонек подарил надежду.
— Явились. — Четрн нервно огляделся. — Зверье так и прет на огонь, а костер погасить — вас подставить…
— Он, когда переживает, становится болтлив, — потупилась Лаони.
— Ничего подобного!
— Не мельтеши, Четка. — Михаил устроился на лапнике, неподалеку от маленьких язычков пламени. — Кто поведет допрос?
— Пусть сперва очнется. — Мистерия оплела солдата магическими путами. По черной униформе растеклись лазурные искры.
— Он очнется. — Четрн потряс пленника. — Подъем!
— Может кинжалом засадим? — усмехнулся Михаил. Лаони протестующе вскинулась.
Солдат мгновенно открыл глаза. Его вертикальные пульсирующие зрачки в свете костра выглядели жутковато.
— Вы умрете, — прохрипел он, часто сглатывая. Собственная судьба его не волновала.
— Люблю таких. — Чет нехорошо улыбнулся. Тот, кто знал эту улыбку, постарался бы удалиться от места будущей трагедии на максимально возможное расстояние.
— Остыньте, так мы ничего не узнаем, — перехватила инициативу Лаони. Строго посмотрев на родственников, она повернулась к солдату и мягко спросила: — Как называют твой народ?
— Молчание приблизит меня к благословению Ракха.
— Хорошо. — Ор достал кинжал и хладнокровно ударил солдата в бок. В последний миг Настройщик успел перехватить руку Защитника. Сведущий в допросах человек мог счесть это спланированным действом, но Михаил знал — не вмешайся он, Ор довершил бы начатое. Защитник не признавал полутонов.
— А… — Солдат дернулся, обозначая тягу к жизни. Он с тревогой взглянул на Лаони. — Я буду говорить.
— Ты помнишь вопрос.
— Мы хэлготы, паломники. Идем по святым местам.
Димпы удивленно переглянулись: вооруженный крестный ход в их планы не входил. Хмурясь, Михаил спросил:
— А если кто-то захочет присоединиться к вам в поклонении святыне?
— Чужаки не смеют прерывать молитву. — В глазах пленника сверкнула ярость. — Ракх наш бог, его храмы неприкосновенны.
— Что и требовалось доказать. — Михаил досадливо махнул рукой. Путь к Вратам закрыт; фанатики уничтожат любого, кто приблизится к святыне. Хоор ли надоумил или они сами таковыми уродились, стычки не миновать. — Ты сказал, что вы паломники. И долго вам еще песни голосить?
— До новой луны.
— Это сколько? — Лаони посмотрела на небо. На черном полотне сиял идеально круглый диск.
— Танала станет меньше монеты, затем вспухнет колесом телеги. И будет великий приход, и неверные обратятся…
— Хватит, — остановила солдата Мистерия. — Минимум месяц.
— Вытянутая эллиптическая орбита спутника, — зачем-то пояснил Ор. Михаил покосился на родственника: с Защитником явно что-то не так.
— Хетч, — сказал Чет. — А вы, хэлготы, чего-нибудь боитесь?
— Нет! — последовал быстрый ответ.
— А враги у вас есть? — развила Лаони мысль Курьера.
— Враги молчат, как трусливые псы.
Подкладывая ветки в костер, Михаил напряженно думал. Как обойти фанатиков с минимальными потерями? Или пусть кровь вновь наполнит реки, а стервятники устроят пир… Брать святыню нахрапом не хотелось.
— Даже левои улыбаются нам, — гордо объявил пленник. Экстракт патриотизма.
— Левои? — ухватилась за новую информацию Лаони. — Кто они?
— Мы на их земле. Их крепости на восходе солнца Ракха… Они трепещут перед нами: откупаются продовольствием и святой водой.
— Левои терпят вас? — не поворачиваясь спросил Михаил. Он тихо чертыхнулся; язычок пламени коснулся руки.
— У них нет выбора, — усмехнулся хэлгот. — Придет время, и мы умоемся их кровью.
— А как левои встречают гостей? — с надеждой поинтересовалась Лаони. Тотальная враждебность ей порядком надоела. Хотелось немного света и тепла — для разнообразия.
— Слабаки открывают двери…
— Хоть что-то…
— Не о том ты, подруга. — Четрн грозно навис над пленником. — Отвечай, скотина, где прячете Хоора?!
— Такого не знаю! — Хэлгот судорожно сглотнул.
— Чет, прекрати, — воскликнула Лаони. — Не множь врагов…
— Оптимистка. — Михаил перешел на груэлльский язык. — Ты намереваешься отпустить фанатика?
— Да.
— Я мог бы прогуляться с ним до леса, — предложил Чет. Взгляд Мистерии едва не сжег его. — Не надо так смотреть.
— Наверное, я ошиблась в тебе…
— Наверное.
— Прям мелодрама, — поморщился Михаил. — Обработай его, Лао, и пусть катится ко всем чертям.