Семисотый несет на бортах две бутафорские торпеды, наспех сколоченные командой и подручных средств. Жалко будет, если их снесет первым же залпом. Гошка принимает вправо, и слева в воздухе взрываются боеприпасы с дистанционными трубками. Сталь хлещет по стали. Да, это не пушки рейдеров. Калибр — верные двести миллиметров. Теперь немного влево. И залп второго крейсера практически накрывает канонерку. Из стенки рубки возникает острие. Сегмент специального снаряда пробил броню, ладно, не поранил никого.
Носовое орудие канонерки послало первый снаряд. Плохо лег. С перелетом и за кормой замыкающего крейсера. Да и попали бы — разницы никакой. Эти корабли бронированы, а в укладках канонерки одни осколочно-фугасные. И два ящика подкалиберных в НЗ, что хранится в форпике. Это прописано в регламенте, составленом еще Лехой Таврухиным. Чтобы подойти в упор и продырявить котлы, пробив броню. Мечта мечтателя. Так не бывает.
Ого, а этот залп уже полновесно накрыл. Всплески кругом, и осколков не слышно. Баловство со шрапнельными и сегментными снарядами закончилось. А дымовой хвост ветром оттягивает влево. Семисотый уклоняется вправо, направляясь за корму замыкающего крейсера. Рикане, чтобы их бортовые орудия смотрели на канонерку, подруливают влево, сближаясь с полосой задымления и два миноносца выскакивают оттуда на полном ходу. Кабаний удар. Противоминная артиллерия крейсеров уже пристрелялась по Гошке, а смена цели требует некоторого времени, а это сотни метров до цели для атакующих миноносцев.
А ведь и имперские комендоры тоже пристрелялись, и от их огня артиллерия малых калибров страдает жестоко. И тут одновременные залпы обоих крейсеров накрывают семисотый. Все вокруг взлетает, опора исчезает, мир перекашивается… и плавно выпрямляется. Из системы вентиляции вылетает струя дыма… и быстро вытягивается той же системой вентиляции.
— Пробоина в третьем отсеке заделывается. Отсек герметизирован, давление подано, носовая цистерна пресной воды продута, — докладывает дух. И рявкает носовое. Это что же из герметизированного отсека палят? Нет, тормознул. Забыл, что не на миноносце. Из второго.
Теперь ударило кормовое. Ага, они уже в четверть оборота к переднему крейсеру, а эскорт, что слева, кокетливо подставил корму под пушку транспорта и, кажется, потерял ход. Артиллерист сыплет в переговорную трубу что-то про прицелы и целики, командир канонерки переводит рукоятки машинного телеграфа на полный назад, пытаясь отползти в дымовое облако. Лес всплесков встает перед носом, а справа из-за мыса выходит еще один риканский эскорт. Или крейсер? Виден пока только нос.
Семьсот первый прикрывает «Рябого» дымом, который как-то замедлил ход. Передний крейсер немного просел на нос, а задний циркулирует влево. Все, дым, ничего не видно.
— Пробоина заделана, отсек осушен. В носовую цистерну вместо пресной воды принят балласт, — голос главмеха из переговорной трубы.
— Комендоры! Подкалиберными заряжать. Средний вперед, двенадцать градусов влево, — голос мичмана, капитана канонерки.
Дым рассеивается. Развернувшийся крейсер в трехстах метрах. Обе пушки последовательно выплевывают по восемь снарядов, действия которых отмечаются невнятным проблеском на борту неприятельского корабля… А потом там же вспухают взрывы фугасов, которыми заряжают пушки, исчерпав запас бронебойных. Но противоминная артиллерия не отвлекаясь садит по атакующим миноносцам Сигнальщик по Гошкиной команде выпускает условленные ракеты, и миноносцы, прикрываясь дымом, оттягиваются к проливу, из которого атаковали.
Никого не утопили. Да, морское сражение, это не диверсии. Когда враг противодействует, а не пребывает в неведении относительно угрожающей ему опасности, справиться с ним нелегко. Из десяти выпущенных торпед цели не достигла ни одна. Отчего оседал на нос крейсер — непонятно. Свое положение он выправил буквально за несколько минут. Эскорт, обстрелянный транспортом, ушел.
Итак, сегодня они атаковали не рейдеры, приспособленные в основном для грабежа беззащитных торговцев, а реальные боевые корабли с броней и опытными экипажами. И утерлись по полной программе. Привезли повреждения, раненых, и израсходовали боезапас. Зато лихтеровоз выволок на косу потопленный риканский миноносец. Его турбинами сейчас активно занимаются работники дивизионной мастерской. Только вот все равно непонятно, как отсюда ноги уносить.
Глава 15
Вечереет. Гошка на самой высокой точке группы островов. Неприятельские корабли числом одиннадцать ведут непрерывный хоровод вокруг этого крошечного архипелага, похожего на расколотое блюдо. Извилистые трещины — проливы. Высоты скал периферийных островов больше, чем в центральной части. Для обороны позиция хороша. Но на нее никто не нападает. Более того, никто даже не приближается к суше. Бронированные крейсеры, непрерывно находясь в движении, держат эти клочки земли в плотной осаде.