Но старик его крепко обхватил. И строго заорал:
- Это моча тысячи кузнечиков. Нельзя пролить ни капли! Ты знаешь, как трудно в таком количестве их изловить?! Труднее разве что, заставить их одновременно помочиться! Вся тысяча усядется, а один, как не отольет? Все! Пропало, значит, снадобье! Не выйдет толк. Так что не вертись.
Слушая его повествование, Кенворд и о жаре, и боли позабыл. Черт возьми, да спина и вовсе не болела!
- О, как!- засиял старик,- а дыра была какая? Почку можно было разглядеть!
- Черт возьми, дела,- поразился Сайрес.
И старик вдруг разразился хохотом. Кенворд снова потер спину ладонью. Но ни боли, как и крови, действительно, больше не было. Наличие царапины, по понятным причинам, рассмотреть он там не мог.
- Дед, это все шутка была? Про кузнечиков?
Старик вдруг сделался серьезным. Он спрятал тряпку и бутылку обратно в сумку.
- Про волшебство и снадобья не шучу я никогда,- ответил он,- тем более, когда хотим отправиться, чтоб испытать еще одно.
- Чего?
- Нам нужен камень пространства,- и предвосхищая новый вопрос, пояснил,- камень пространства. Он способен показать каждому, кто попал в этот мир, его лучший путь. Оптимизация, знаешь ли.
На обратной стороне
Шесть
- Камень пространства?- переспросил Сайрес.
- Да,- ответил старик,- и забудем про это. Не следует твоей пустой башке об этом думать. Мало ли какое гудение, какой резонанс в пространстве эти твои потуги вызовут. Камень нам нужен в целости сохранности, знаешь ли.
- А где он?- все равно спросил Сайрес. Он изрядно устал, и мысль, что еще придется тащиться куда-то, радовала его не сильно. Благо здесь было лишь то, что старик бежал вперед уже сам, и не пытался взгромоздиться ему шею снова.
- Вот, дьявол тебя раздери, а где же ему быть еще, как не высоко в горах,- ответил ему дед, и воззрился на вершину, что возвышалась над ними.
- Вот черт,- выдохнул Сайрес.
- Верно, не думал я, что придется к нему идти.
- А как же он покажет мне мой, именно мой оптимизированный путь? Там что, всем пути расписаны?
- Да, но он просто потребует от тебя что-то взамен.
- Что-то взамен?
- Это верно. Нечто самое сокровенное, без чего немыслима вообще твоя жизнь. Так что заткнись, и подумай об этом, пока идем к нему.
И весь остальной путь они проделали молча. Старик молчал, хранил свой какой-то там обет своим лично ему известным волшебствам. А у Кенворда просто уже не было сил. И уже, можно сказать глубоко за полдень, когда оранжевое солнце ушло из зенита, а синее только показало свою зарю, они взобрались на склон. Просторную плоскость, поросшую густой травой. И на этот ковер просто захотелось упасть, и уткнуться в нее лицом.
Но Кенворд от этого ковра смог ощутить лишь запах. Старик тут же схватил его за шиворот, и потащил прямиком к камню.
- Нет времени на сопли. Ты уже придумал, что там ценное есть при тебе,- спросил он, и в голосе его Сайрес услышал насмешку.
- Нет у меня ничего,- еле слышно промямлил Кенворд, не сводя глаз с плоскости большого камня, изрезанного глубокими, словно старое лицо морщинами, трещинами. Но кроме этих природных отметин, на его поверхности больше не было ничего.
Сайрес смотрел на него, и его все больше посещала мысль, что в этом походе сквозил явный какой-то розыгрыш. Но какой? Его, ведь и правда, не на что было даже и разыграть!
- Здесь ничего не написано,- проговорил Кенворд.
- Уверен?- спросил старик,- ну, что, не припомнил ничего в себе сокровенного?
Сайрес покачал головой, и развел в стороны руки, показывая, что ничего у него нет. А старик проворно схватил его левую руку, и сделал на ладони надрез. Кровь хлынула из раны, и окропила камень.
- Вот и вся твоя сокровенность!
- Вот черт!- воскликнул Сайрес.
- Да, согласен,- ответил старик.
Кровь побежала по трещинам дорожкам. И камень загудел. И на его поверхности стала прорисовываться карта, из Сайреса крови.
Старик уже присел, чтобы получше представленное рассмотреть, но камень вдруг замер. А затем провалился сквозь землю и вовсе, оставив вместо себя глубокую и черную дыру.
- Дьявол меня разрази!- воскликнул старик, и воззрился на Сайреса, и громко спросил,- да что это такое?
- Ты меня спрашиваешь?- спросил его Кенворд,- я так понимаю, что что-то пошло не так?