Макнамара перегнулся пополам, и его чуть было не вырвало. Он с трудом со своим желудком совладал. А человек, просто и безмятежно за ним наблюдая, проговорил:
- Отец твой не мог уже вернуться. Невозможно из этого выйти. Однажды ступив на этот путь, ты становишься другим. Ты видишь другие миры. Один какой-то из них тебя уже просто тяготит. А потом новые поглощения добавляют тебе новой силы.
- И сколько поглощений у тебя?
- Сто двадцать три.
- Дьявол!
- Нет. Вот отец твой, вот он был дьявол.
- Так, где он теперь?
- Хранители. Они его нейтрализовали.
- Хранители?
- Люди в черных комбезах.
- Так они убили его?
- Ну, если слово «нейтрализовали» звучит для тебя менее убедительно, тогда да, убили. Но он просил тебя найти. Именно тебя, плоть от плоти от его реализации. И хочу спросить тебя, что ты намерен делать теперь?
Макнамара, справившись с приступами тошноты, откинулся на спинку кресла.
- Нет, ты вот шутишь, да?! Какого хрена это все значит вообще?
Человек тоже отстранился от стола и, не сводя глаз от Рока, ответил:
- Что это все значит? Что же, я, пожалуй, отвечу словами твоего папаши. Знаешь, человек когда-то создал собак. Приручил, как говорят. Но вообще-то, он их создал. Таких, каковы они есть. Потом он их заставил друг с другом драться, а сам на их бои смотрел, и даже ставил на эти бои деньги.
Рок хлопнул по столу рукой, и скорчил недовольную гримасу, и прокричал:
- Эту философию мой предок разводил?
- Нет. Эту философию сейчас развожу, пожалуй, я. Твой предок просто хотел посмотреть в глаза тому, кто создал нас. И спокойно наблюдал, как мы друг друга пожирать взялись. Возможно, ставил деньги на исход.
- Нас? Ну, ты типа хочешь сказать, создал нас, как собак? Мы что, похожи, по-твоему, на боевых псов?
- Да, ты прав, между нами и боевыми псами разница все же имеется. Псы хот бы видят своих создателей. Люди нет.
Рок снова откинулся в кресле.
- Да, тут уж не поспоришь.
- Верно. Так что делать-то намерен?
- Я не знаю. Такое чувство, что мне в обычное мое русло не вернуться.
- Мне знакомо это чувство,- покивал человек,- хотя это вовсе не сложно. Просто отправляйся, и живи, как раньше. Может и получится.
- Да, но ты так орал на всю округу мое имя?!
- А, ты об этой кричалке? Да, забудь,- он заговорщицки подмигнул, и проговорил два слова,- эй, рыжий!
Да, он проговорил их довольно тихо, но тот парень у стойки, тот самый, что всего минуту назад неодобрительно осматривал Рока, вдруг подпрыгнул, будто ужаленный. Затем осмотрелся по сторонам, а потом уставился в потолок. А по его штанинам побежали темные пятна.
Человек, собеседник Рока, самозабвенно заржал.
- Никогда, наверное, не привыкну к этой развлекухе!- затем посмотрел на Рока,- это голос направленного действия. Его слышит только объект. Никакая, как ты выразился, округа, мое послание тебе даже и близко не слыхала.
Песье Подземелье
Черт возьми, Песье Подземелье, подземелье чертовых псов. Хочешь пострашней свою жизнь закончить, отправляйся в это место, непременно. Воспользуйтесь услугами нашего туроператора, да, дополнительный бонус получите, сэкономите на агентстве ритуальных услуг, ваш труп просто никто и никогда здесь не найдет ….
Позади Кенворда что-то лязгнуло, и он на месте замер. И поток своих не радужных мыслей прекратил. По каменным стенам и по сводам таких же каменных потолков, раскатилось эхо. И он завертел головой, словно желая проследить, куда оно, эхо это, понеслось. Но, вообще-то, его больше интересовало, откуда сам звук появился. Где был его источник. А самое главное, что, чем именно этот источник являлся. Но долго ждать не пришлось. Лязг, а за ним и скрежет, повторились вновь, и уже совсем рядом. Кенворд огляделся. И увидел. И уже не опасаясь оказаться замеченным кем-то раньше времени, зажег фонарик, и осветил сырое пространство вокруг себя.
На него таращились выпученные красные глаза-огни. Они освещали вытянутую морду и острые концы ушей. Со всем остальным справлялся уже робкий луч фонаря, игравший и дрожавший в трясущейся руке. Его слабой, его запасной руке. Сильная по-прежнему болела и для себя убежище искала, пока луч освещал блестевшие металлом зубы, с которых стекала полупрозрачная субстанция, мощные лапы, которые возвышали существо на высоту до полуметра, и то, как они, ступая, скребли по камню когтями. Возможно, видение было продуктом разыгравшегося воображения, но Сайресу даже показалось, что при очередном шаге этой твари, когти из камня высекли искру. Тварь медленно прокладывала себе путь, и теперь уже явственно слышалось ее, механическое урчание или хрипение, а из-под хвоста тянулся какой-то бело-желтый скользкий мешок. Очевидно, в нем от трения по камню уже образовалась дыра. И из нее выпадало нечто. И именно это и производило тот самый противный лязг.