- Ни черта не понял. Ладно, а дальше что?
- Дальше вот это,- заявил Рохан, и протянул какую-то маленькую прозрачную капсулу.
- Что это,- спросил Кенворд, видя, как снова зажглись глаза девчонки, когда она ее увидела. Но уже иначе. На него она секунду назад смотрела по-другому. Тот взгляд Сайресу нравился больше.
- Это и есть, что Килиан называл инъекцией удачи. Я вытребовал ее у него. Чтоб ты не с пустыми руками к боссу шел. Иначе он тебя и в слив спустить может.
- А это, как действует?
- Этого тебе знать не требуется. Главное перед их носами этой капсулой помаши, и все.
И для Кенворда этот план стал до конца ясен. Статус – Мертвец, Изгой, Приманка.
Поисковый квест
Три
Энди выбежал из рубки в коридор, открыл дверь лестничного пролета, ведущего на нижнюю палубу. Там был главный блок всех коммуникационных систем. И если этот крот где-то что-то и творил на корабле, он просто обязан был там наследить. Понемногу в памяти всплывали уроки старшего Ларока, которые всегда заходили в сознание парня, подобно фону, просто интересной движущейся картинкой на экране монитора. Интересной, но все же, не главной. Но, как и в случае с проводкой от пульта двери, в нужный момент эти странные и, казалось, ненужные пазлы, дали о себе знать.
А с того момента, как парень на этот борт попал, ему даже и в голову не приходило сюда спускаться. Досадный был прокол. Если б удосужился, возможно, встретил бы космического таракана раньше. Ну, или о его присутствии бы заподозрил. И не чувствовал б сейчас себя мышью подопытной в какой-нибудь лабе. За которой наблюдали, и, возможно, опыты даже какие-то ставили!
От последней мысли Энди передернуло. Он сошел с последней ступени лестницы, ступил на первую палубу. Расположение ее он уже ясно понимал и помнил. Длинный коридор. По бокам по два отсека шлюзов – два левых и два правых. В одном, правом, находился его челнок. Должен, по крайней мере. Он его осмотрит позже. Дальше, также по левую и правую сторону, должны были располагаться отсеки для обслуживания двигателей, большого левого и большого правого соответственно. Четыре малые, стабилизирующие двигатели, обслуживались со второй палубы. Он их также, осмотрит позже. Пока его интересовал технический отсек – узел всех коммуникационных систем, как ее называл старший Ларок. Потому что все на нем завязано. Стоит в этом узле чему-то пойти не так, и корабль уже летит не к звездам, а к чертям на праздник.
Он открыл дверь, ведущую в него. И его глазам предстала страшная картина. Явные признаки чужого присутствия. Ну, точно, так себя ощущает хозяин дома, когда видит разбросанные по кухне коробки с едой, с проеденными в них дырами.
Блок коммуникаций был раскурочен, и из него свисали провода. Целые мотки из вскрытых щитов, всеми цветами, которыми только наградил электрический бог своих подопечных, пестрили, торчали, извивались из стены.
- Какого черта?!
Энди даже свой автомат опустил, осматривая представший беспорядок перед ним. Но тут спохватился, и принялся, направляя ствол, осматривать все вокруг.
Некоторые провода были помечены. Какие-то просто цветными маркерами. Какие-то цветными прищепками. С прищепок свисали еще провода. Становилось ясным, что к главной проводке корабля подключали что-то еще. Какое-то устройство? Другой компьютер?
И тут до Энди дошло, почему он не слышал голос главного компьютера. Этот некто его отключил! Он ему мешал здесь творить его мрачные дела!
И вслед этому пришло понимание, как нанести этому кроту ответный удар. Пока только в виде вдруг засветившегося фона, того самого, на котором оседали уроки дяди. Но младший Ларок уже понимал, в какую строну надо смотреть. В памяти даже возникли образы кораблей, что они находили в заброшенных колониях.
Энди еще раз осмотрел все в техническом зале. Потом решил осмотреть всю нижнюю палубу целиком. Заглянул в свою капсулу, на которой в этот корабль врезался. Она все так же была пристыкована к правому шлюзу. А пакеты и пластиковые бутылки, которые он, выбираясь, не удосужился убрать, лежали как-то иначе. Не так, как он запомнил. Ясно было, что кто-то здесь рылся, изучал.
Ярость с новой силой залила сознание парня. Но его не колбасило, не трясло от какого-то нетерпения, или от нервозности, или, тем более, от страха. Адреналин, что ежесекундно впрыскивался в кровь, делал это как-то правильно. Энди мобилизировался, и начинал соображать.