Придя к такому выводу, Глеб уже более спокойно и осмысленно докурил вторую сигарету, смахнул пепел с пальто и направился к чёрной калитке.
Помирать, так с музыкой.
Глеб нажал на кнопку звонка, пытаясь натянуть на лицо гримасу поприветливее.
Глава 5. Подстава
Дурное предчувствие не просто нашёптывало Вере, что их приезд в коттедж Вознесенского был ошибкой, - оно буквально вопило об этом чуть ли не благим матом. За исключением хозяина, внутри не было ни души: ни горничной, ни кухарки, ни какого-нибудь садовника, как в фильмах о богатой жизни. Зато был накрыт праздничный стол, играла тихая музыка, а ещё на камине Вера разглядела шприцы, наполненные непонятной субстанцией. Оставалось надеяться, что Андрей Петрович просто чем-то болел. Например, сахарным диабетом, и шприцы были нужны ему для инъекций инсулина. Только напрашивался один нехороший вопрос: зачем их было так много?
Вера украдкой покосилась на Андрея Петровича, но он безмятежно лучился улыбкой, которая почему-то нагоняла жути. Было в ней что-то фальшивое, напускное, словно он задумал какую-то гадость, а говорить об этом не собирался.
- У тебя перцовый баллончик с собой? – прошептала Вера Соне, пользуясь моментом, когда Андрей Петрович отошёл к камину и пошевелил горящие в нём поленья кочергой.
- Само собой, - одними губами ответила коллега и подруга и с самым безразличным видом обратилась к клиенту. – Андрей Петрович, так что там с мерками? Я так понимаю, никто из ваших подчинённых пока не приехал? Мы можем начать с вас? Мы бы правда не хотели отнимать у вас время.
- Ну что за ерунда, прекрасные дамы! Вы не просто не отнимаете у меня время – вы замечательно его скрашиваете! Позвольте за вами поухаживать и снять с вас верхнюю одежду. В доме немного… жарковато.
Вера непроизвольно вцепилась в свой пуховик, словно он был её последней защитой, но она понимала, что оставаться в тёплой гостиной в пуховике было глупо. К тому же, Соня бесстрашно скинула своё пальто и вручила его Андрею Петровичу, который унёс его в какую-то неприметную комнатку. Видимо, в гардеробную.
Когда настала очередь Веры, она всё-таки сняла пуховик и отдала его хозяину дома. И лишь потом осознала, что по глупости и из-за нервов оставила в кармане телефон…
- Вот я дура-а-а, - простонала Вера и звучно хлопнула себя по лбу.
- Телефон? – тут же догадалась Соня и мрачно нахмурилась. – Ладно, у меня он в сумке валяется. В случае чего, дадим дёру, и я постараюсь позвонить 02. Менты у меня на быстром наборе с… с прошлого раза. – Голос всё-таки подвёл Соню и дал петуха, но она быстро оправилась и хищно прищурилась. – Пофиг, пляшем. Мы с тобой из разных ситуаций выбирались. Из этой тоже выкрутимся!
Вера была восхищена Сониной выдержкой и оптимизмом. Её саму изрядно потряхивало, но она нашла в себе силы улыбнуться, когда Андрей Петрович вернулся в гостиную. Он направился прямиком к столу с закусками и взял два бокала, наполненных шампанским. Оно весело пузырилось внутри и выглядело безобидным, но Вера даже под дулом пистолета никогда бы не стала его пить.
- Дамы, мои… сотрудники действительно задерживаются. Пробки, знаете ли. Не выпить ли нам по бокальчику за столь приятное знакомство? Я думаю, снятие мерок не займёт много времени. Можем и подождать, пока все подтянутся.
Андрей Петрович по-прежнему казался добрым дядюшкой, заботливым и чертовски обходительным. Вера приняла из его рук бокал, и Соня последовала её примеру. Тем не менее, даже когда хозяин дома принёс свой бокал и чокнулся с ними, ни одна из девушек не стала пить. Обе мило улыбались и делали вид, что поглощены наблюдением за пузырьками.
- Я, право слово, сражён наповал вашей красотой. Светочка, конечно, говорила, что в её магазине каждый продавец – редкостная красавица, но вы… Снимаю шляпу! – будто Кот Баюн, замурлыкал Андрей Петрович, но при этом не забывал зорко следить за бокалами. – Кстати, - спохватился мужчина, - совсем забыл. Я-то вам представился, а ваши имена для меня всё ещё загадка. Как же вас зовут, прекрасные создания?
Вера вздрогнула и испуганно покосилась на Соню. Называть своё настоящее имя она бы не хотела, но всё зависело от ответа подруги.
- Я – Елена, а это – моя напарница и коллега, Василиса, - с чуть заметной ехидцей в голосе представилась Соня.