Судя по всему, вся эта тонна лести не одну Веру натолкнула на мысль о сказочных персонажах. Она сумела удержать серьёзное выражение лица и даже кивнула в знак согласия со своим новым именем, однако Андрей Петрович вдруг нахмурился. Его как будто что-то смущало, однако он предпочёл оставить свои сомнения при себе.
Чтобы спасти положение, Вера полезла в сумку и вытащила из неё портновский метр. Заодно она избавилась от бокала, поставив его на ближайший комод.
- Мы всё же не шампанское пить сюда приехали. Давайте работать.
Пытаясь хоть как-то успокоиться, Вера перебегала взглядом с одного предмета в гостиной на другой и никак не могла заставить себя смотреть в глаза собеседнику. Она уже дыру прожгла в красивом камине и нет-нет да возвращалась к пресловутым шприцам. Такое откровенное внимание не осталось незамеченным, и Андрей Петрович, проследив за взглядом Веры, простецки развёл руками.
- Вы уж простите меня за эти неприглядные шприцы, но у меня слабое сердце. В любой момент может случиться приступ, поэтому я всегда держу лекарство под рукой. Не бойтесь, в данную минуту я отменно себя чувствую. Просто представьте, что на камине ничего нет.
- Извините, - опустила голову Вера и потянулась к Андрею Петровичу, чтобы замерить обхват его шеи. – Так мне можно начать?
Увы, планам Веры не суждено было сбыться. В этот момент телефон хозяина дома зазвонил, и он, извинившись, вышел из гостиной, а потом и вовсе на крыльцо. Напоследок он явно специально увеличил громкость музыки.
- Ты хоть что-нибудь понимаешь? – спросила Вера, выискивая в гостиной всё, что можно было использовать в качестве оружия. Пока на эту роль идеально подходила только кочерга, но её применение попахивало статьёй.
- Не понимаю, - покачала головой Соня и вдруг усмехнулась. – Слушай, а может, мы всё это придумываем? Может, этот Андрей Петрович – нормальный мужик при бабках? Чего мы вдруг за маньяка его приняли?
- А тебе этот антураж ничего разве не напоминает? – поёжившись, сказала Вера и взмахнула рукой. – Шприцы, шампанское, пустой дом, непонятный мужик с золотыми зубами, личная просьба Светланы Ивановны. То же самое, что было полтора года назад. Вот встрянем мы сейчас, Сонь, по самые уши.
- Да ну, не нагнетай, Верунь. Подумаешь, у мужика золотые зубы. У моего бати такие же, и у дядьки, и у тысячи других. У нас нормальные коронки научились ставить не так давно. Блин, да ты же сама в стоматологии работала. Ты лучше меня знаешь эту тему.
- Знаю, а потому удивляюсь. У того, кто может позволить себе коттедж в «Снегирях», явно денег хватит на нормальные коронки, даже на протезы заграничные. Какой дурак будет таскаться с золотыми зубами? Мы что, опять в девяностые вернулись? Главный батя на районе и всё такое?
Вера нервно заламывала руки и так перекрутила метр, что он превратился в тонкий жгут. Она сама не понимала, почему её так переклинило на этих идиотских зубах, но ощущение опасности только росло.
- Скажешь тоже, - фыркнула Соня, но всё же достала из сумки телефон и перепрятала его в карман своей костюмной жилетки, прикрыв полой пиджака. – Теперь твоей душеньке спокойнее?
Но не успела Соня договорить, как ворота открылись, и на участок въехал чёрный микроавтобус без опознавательных знаков и даже, кажется, без номеров. При виде полностью тонированных стёкол Вера почувствовала резкий приступ удушья, который вскоре сменился единственным желанием: бежать! Она в панике заметалась по гостиной, то ли собираясь найти свой пуховик в гардеробной, то ли схватить всё-таки кочергу, то ли как есть выскочить из дома и броситься наутёк.
Соня поймала Веру за плечо и встряхнула, глядя ей прямо в глаза.
- Стоять, блин! Вера! Соберись! Отставить панику!
Каждый приказ Соня сопровождала энергичным встряхиванием, отчего Верины зубы клацали в такт словам подруги.
- Я же говорила! Мы влипли, Сонь! – прохрипела Вера, у которой куда-то пропал голос.
- Мы пока никуда не влипли, не городи ерунду! Веди себя естественно.
Соня одним движением вылила содержимое своего бокала в стоявший в углу фикус, а затем тот же фокус повторила с бокалом Веры. После этого она широко улыбнулась и присела на диван, всем своим видом выражая покорность и готовность выполнять все пожелания клиента.