И наша цель как раз и состоит в том, чтобы доказать реальность в организме третьей регулирующей системы. А не еще один экзотический вариант акупунктуры, как может понять читатель из вашего очерка.
Нет, очевидно, нужды убеждать вас в том. что доказательство существования в организме третьей регулирующей системы, которая, согласно нашим представлениям, является главной, матриксом, откроет перед медициной совершенно новые методы не только излечивания «безнадежных», но и принципиально новый подход к проблеме диагностирования и предупреждения самих болезней. Все это вам было известно, все это вы видели собственными глазами и все же даже этот совершенно бесспорный экспериментальный материал решили подать читателю в виде некоего медицинского курьеза: вот, мол, какие бывают поразительные случаи, когда за дело берутся дилетанты!..
3. Да, в медицине мы дилетанты, больше того — профаны, но человека мы рассматриваем, как вам известно, не с медицинской и даже не с биологической точки зрения. Из всего сложнейшего в структурно-иерархическом отношении организма мы исследуем, анализируем и оперируем только одной категорией — биоплазменной, считая ее главным, фундаментальным уровнем организации живой материи, организующей и направляющей в ней все сложнейшие биохимические, энергетические и прочие процессы, и в том, что мы на верном пути, нас убеждает как раз та самая медицинская практика, те, как вы выражаетесь, «сенсационно-необъяснимые результаты» в лечении самых различных болезней, вплоть до врожденных — «генетического брака».
Наукой сейчас расшифрованы (хотя и не полностью) два слоя организации живой материи: химическая структура белков и наследственный код в нуклеиновых кислотах. Следующий глубинный слой организации живой материи — информационно-энергетический (для биофизики это сейчас аксиома), который, согласно нашей концепции, представлен в живом организме биоплазмой. Так что же вы в нашей концепции увидели мифического?
4. По поручению коллектива лаборатории ставлю вас в известность, что мы не будем настаивать на ваших публичных извинениях или опровержении. Мы уже имели однажды возможность убедиться в ваших морально-этических нормах.
Л. Коренева.
18. VIII.74 г.»
III
«Милочка, дорогая, я отказываюсь верить своим глазам! Да что это — массовый гипноз? С чего вы взяли, что я... Тенденциозный? Оскорбительный??? Нет, это какой-то розыгрыш — иного объяснения не придумать. И этот тон... «вы», «по поручению коллектива»...
Ну, хорошо — согласен: очерк получился не ахти. На скорую руку — два дня и было у меня перед отъездом. Ты ведь знаешь. Но я-то что думал? Я уже печатался в литературных журналах, знаю их темпы: год лежит очерк, второй... Решил: пусть познакомятся с материалом, вернусь — доработаю. И надо же — дикий случай! — у них, в этом, гори он синим пламенем, «Факеле», по каким-то причинам слетел очерк. И именно о науке. И вот — пожалуйста: возвращаюсь в Москву, звоню — как там дела с моим опусом? — а меня огорошивают: «Отправили в типографию, радуйтесь». Ну, я и обрадовался: в кои-то веки нашего брата «научника» пригревают в литературном журнале! И вдруг — на тебе: пасквиль. Милочка, опомнись, что с тобой, дорогая? Полгода молчала, я тут уже чуть всесоюзный розыск через милицию не объявил... Давай по-серьезному: что произошло? То мое письмо — перед отъездом во Владивосток? Как чувствовал — что делаешь, идиот? Вся подноготная, донага — любуйся моим ничтожеством! Потом опомнился — давай пояснять, трактовать..: Письмо за письмом, в нагрузку к тем интервью и очеркам, которые Гоша выжимал из меня в спецномере. 18 писем, крик души, — все впустую! Все до единого вернулись — честная у нас почта. Все до единого с пометкой «за невостребованием адресата». В довершение ко всему, не подумав, что крик души может обернуться бумерангом, я все 18 отправил в редакционных конвертах. А что я вытерпел от наших девиц... «Геннадий Александрович, еще одно ваше письмо вернулось из Алатау...» Вспоминать тошно. И вот — на тебе: пасквиль. Вы что там, Милочка, окончательно забиоплазмировались? Нет, тысячу раз был прав Шоу: «Природа не терпит пустоты: там, где люди не знают правды, они заполняют пробелы домыслом».
Я, конечно, подозревал: раз молчишь, даже на почту не являешься — что-то неладное. Что-то тут есть — от пустоты. Но чтобы такой домысел!!! Нет, четвертуйте меня — ничего не понимаю. Это же надо придумать — пасквиль...