Поэтому я прошу вас аннулировать вынесенный мне импичмент. Но, скажу вам честно и откровенно, если вы этого не сделаете, я все равно попытаюсь спасти эту страну. Я отвергну ваш импичмент, объявлю его незаконным и введу военное положение, чтобы избежать актов насилия, подобных случившемуся в Нью-Йорке. Позвольте мне сообщить вам, что Конгресс, который в период существования Соединенных Штатов охранял свободу Америки, сейчас находится под защитой шести дивизий Секретной службы и подразделений армейского спецназа. Когда этот кризис закончится, вы снова сможете голосовать по импичменту, но не раньше. Над нашей страной нависла величайшая в ее истории опасность, и я не могу допустить, чтобы в этот момент исполнительная власть оказалась парализованной. Умоляю вас, не дайте великой стране стать жертвой политических разногласий. Не ввергайте Америку в гражданскую войну, сознательно спровоцированную нашими общими врагами. Давайте объединимся в борьбе с ними. Аннулируйте ваше голосование по импичменту.
По залу пробежал гул. Члены Конгресса верно истолковали слова Кеннеди: он не только позаботился об их охране, они находятся в его власти.
Сенатор Ламбертино первым взял слово. Он внес предложение аннулировать голосование по импичменту и выразить полную поддержку обеих палат Конгресса президенту Соединенных Штатов Френсису Завьеру Кеннеди.
Конгрессмен Джинц поддержал предложение сенатора. Он также заявил, что ход событий доказал правоту Кеннеди, а в действиях конгрессменов и сенаторов, хотя они и ошиблись в анализе происходящего, не было злого умысла. И призвал Конгресс встать плечом к плечу с президентом в совместной борьбе за спасение Америки.
Проголосовали немедленно. Результаты предыдущего голосования были аннулированы.
Единогласно.
Кристиана Кли восхитило блестящее выступление Френсиса Кеннеди. Никто из конгрессменов не смог уличить его в неискренности. Но Кристиан впервые поймал президента на сознательной лжи. Он сказал Конгрессу Соединенных Штатов, что Джабрил ответствен за взрыв атомной бомбы. А Кристиан Кли знал, что доказательств этому нет. И Кеннеди тоже об этом знал.
Значит, я поступил правильно, подумал Кристиан Кли. Я сделал именно то, чего и хотел от меня Френсис.
Книга четвертая
Власть
Глава 16
Президент Кеннеди, вернувший себе власть и кабинет, сокрушивший врагов, обдумывал свое будущее. Оставалось сделать последний шаг, принять окончательное решение. Он потерял жену и дочь, в личной жизни его ничего не интересовало. Но оставалась другая часть его жизни, переплетенная с жизнями трехсот миллионов американцев. Теперь он мог целиком, без остатка посвятить себя им.
Он объявил, что будет переизбираться в ноябре, и организовал предвыборную кампанию. Кристиан Кли получил указание надавить, разумеется, в рамках закона, на крупный бизнес, особенно на средства массовой информации, чтобы помешать их активному вмешательству в избирательный процесс. Вице-президент Элен Дюпрей собирала под его знамена женщин Америки. Артур Уикс, влиятельная фигура в либеральных кругах Восточного побережья, активно содействовал его переизбранию. Юджин Дэззи через свои контакты в деловом мире мобилизовал финансовые ресурсы. Но Френсис Кеннеди понимал, что все их усилия — необходимое, но недостаточное условие победы. Потому что переизбрание в первую очередь зависело от него самого, от желания простых американцев еще четыре года видеть в нем своего президента.
Был и еще один критический момент: на этот раз американский народ должен был избрать Конгресс, который бы поддерживал начинания президента Соединенных Штатов, а не противодействвал им. Он хотел, чтобы вновь избранный Конгресс просто выполнял его указания.
Кеннеди понимал: чтобы добиться всего этого, он должен почувствовать, уловить настроения американцев. Нации, пребывающей в состоянии шока.
По предложению Оддблада Грея они вместе поехали в Нью-Йорк. Во главе траурной процессии прошли по Пятой авеню к гигантскому кратеру, который образовался на месте взрыва атомной бомбы. Они сделали это с тем, чтобы показать нации, что опасности радиоактивного заражения нет, как нет и второй, спрятанной бомбы. Кеннеди произнес речь над братской могилой и пообещал разбить на месте трагедии парк-мемориал, чтобы последующие поколения помнили о случившемся. Часть своей речи он посвятил опасности неограниченной свободы индивидуума в век высоких технологий. Он не делал упора на этих словах, но пресса не оставила их без внимания.