Дремы у Оракула как не бывало.
— Все это значения не имеет. Задницу надо прикрывать тебе. Если Кеннеди не переизберут, ты можешь провести в тюрьме долгие годы. Даже если переизберут, тебе будет грозить опасность.
— Кеннеди выборы выиграет, — уверенно ответил Кли. — А потом все будет в порядке. — Он запнулся. — Я его хорошо знаю.
— Ты знаешь прежнего Кеннеди, — уточнил Оракул и тут же словно потерял интерес к теме. — Как насчет вечеринки по случаю моего дня рождения? Мне сто лет, а всем на это наплевать.
Кристиан рассмеялся:
— Мне — нет. Не волнуйся. После выборов устроим тебе прием в Розовом саду Белого дома. Отметим твой день рождения по-королевски.
Оракул улыбнулся, но тут же лицо его стало серьезным.
— И твой Френсис Кеннеди будет королем. Ты понимаешь, не так ли, если изберут и его, и подобранный им Конгресс, он станет диктатором?
— Это маловероятно, — покачал головой Кристиан Кли. — В нашей стране никогда не было диктатора. У нас есть предохранительные механизмы… Иногда мне кажется, что их слишком много.
— Наша страна молода. Нам предстоит еще много чего испытать. А дьявол умеет маскироваться, как никто.
Они помолчали, потом Кристиан поднялся. При расставании они лишь касались ладонями: хрупкие косточки Оракула крепкого рукопожатия не выдерживали.
— Будь осторожен, — предупредил Оракул своего крестника. — Когда человек стремится к абсолютной власти, он обычно избавляется от своих ближайших сподвижников, тех, кто знает его секреты.
Глава 22
Федеральный судья освободил Генри Тиббота и Адама Гризза.
Прокуратура не стала спорить с тем, что арест был проведен незаконно. Прокуратура не стала спорить с тем, что ордеров на арест не было. Адвокаты Гризза и Тиббота нашли все возможные юридические зацепки.
Америка кипела от ярости. Люди винили администрацию Кеннеди, проклинали судебную систему. Толпы, собиравшиеся на улицах и площадях крупнейших городов, требовали смерти Гризза и Тиббота. Формировались группы добровольцев, чтобы исполнить приговор народа.
Гризз и Тиббот улетели в Южную Америку и растворились в джунглях. Богатые родители позаботились о том, чтобы найти им надежное убежище.
За два месяца до выборов опросы общественного мнения показывали, что Френсису Кеннеди не удается провести в Конгресс достаточное количество своих сторонников.
Возникли новые проблемы: скандал, связанный с любовницей Юджина Дэззи, постоянно муссирующиеся в прессе обвинения генерального прокурора в том, что он мог, но не предотвратил атомный взрыв, скандал, связанный с использованием Кейну и Кли фондов военного советника на содержание Секретной службы.
А возможно, Френсис Кеннеди просто перегнул палку. Америка не принимала его варианта социализма. Избиратели еще не хотели отправить на слом корпоративную систему, господствующую в Соединенных Штатах. Американцы не хотели быть равными, они хотели стать богатыми. Практически во всех штатах проводилась лотерея, в которой победители получали миллионы. И числом покупатели билетов значительно превосходили голосующих избирателей.
Конгрессмены и сенаторы, борющиеся за переизбрание, обладали немалыми преимуществами в сравнении с теми, кто хотел занять их кресла. Жалованье их сотрудникам выплачивало государство. Немалые суммы перечисляли в их избирательный фонд корпорации, и эти деньги они щедро тратили на рекламу. Многие из них появлялись в политических телепрограммах, давали интервью газетам, не тратя на это ни цента, но увеличивая число своих сторонников.
С расчетливостью отравителя эпохи Возрождения Лоренс Салентайн организовал блестящую антипрезидентскую кампанию и по праву стал лидером Сократовского клуба.
Президент Кеннеди внимательно прочитал докладную записку своего аппарата с невеселым выводом: поддерживаемые им кандидаты скорее всего останутся за бортом Конгресса. Мысль о том, что его вновь свяжут по рукам и ногам, просто бесила. Дикая ярость рвалась изнутри, застилая разум. Стыдясь того, что дал волю чувствам, Кеннеди придвинул к себе помеченные грифом «Особой важности» предложения Кристиана Кли.
Он обратил внимание, что Кристиан направил документ непосредственно президенту, минуя руководителя аппарата. И одобрил решение генерального прокурора. Потому что как собранная им информация, так и план ответных действий не предназначались для слабонервных.