— Джабрил пытается промыть мозги вашей дочери, мистер президент. Он несколько раз подолгу говорил с ней. Вроде бы он видит в ней потенциальную революционерку, и заявление с выражением сочувствия его борьбе могло бы оказать Джабрилу немалую пользу. Она его совершенно не боится.
Участники заседания молчали. Все знали, что нет смысла спрашивать у Тэппи, как он получил эти сведения.
В холле, примыкающем к залу заседаний, загудели голоса, с лужайки Белого дома, где толпились телевизионщики, донеслись возбужденные крики. Один из сотрудников аппарата Белого дома проскользнул в зал, протянул Дэззи бумажку с несколькими написанными от руки словами. Руководитель аппарата прочитал их, взглянул на сотрудника.
— Подтверждение есть? — спросил он.
— Да, сэр.
Дэззи повернулся к Кеннеди.
— Мистер президент, у меня экстраординарная новость. Убийца папы схвачен на территории Соединенных Штатов Америки. Арестованный подтверждает, что он — убийца и его кодовое имя Ромео. Он отказывается назвать свои настоящие имя и фамилию. Информация проверена итальянской службой безопасности. Арестованный сообщил подробности, которые не оставляют сомнений в его вине.
— Что он здесь делает? — взорвался Артур Уикс, словно речь шла о незваном госте, только ему ведомым путем проникшем на закрытое для посторонних торжество. — Я в это не верю.
Дэззи терпеливо все объяснил. Итальянцы уже арестовали нескольких соучастников Ромео: они признались и указали на Ромео как на своего лидера. Глава итальянской службы безопасности Франко Себбедиччо славится умением развязывать языки. Но ему не удалось выяснить, почему Ромео улетел в Америку и даже не попытался спрятаться от полиции.
Френсис Кеннеди подошел к дверям, выходящим в Розовый сад. Посмотрел на морских пехотинцев, патрулирующих территорию Белого дома и прилегающих улиц. Вновь ощутил предчувствие беды. Ничего в его жизни не происходило случайно, жизнь — это заговор, только организовывали его не люди, а вера и смерть.
Френсис вернулся к столу. Оглядел собравшихся за ним представителей высшей государственной власти, самых умных, самых проницательных, умеющих все распланировать на много ходов вперед.
— Готов поспорить с вами, что требования заговорщиков мы получим уже сегодня. — В его голосе звучали игривые нотки. — И одним из них будет освобождение убийцы папы.
Остальные вытаращились на Кеннеди. Общее мнение выразил Отто Грей:
— Мистер президент, это уж чересчур. Такое требование мы не сможем даже рассматривать.
— Полученные нами данные не выявляют связи между двумя преступлениями, — вмешался Тэппи. — Невозможно даже представить себе, что одна террористическая группа решилась провести две такие операции в один день и в одном городе. — Он посмотрел на Кристиана Кли. — Мистер генеральный прокурор, как вам удалось захватить этого человека? — Он помолчал, чтобы с отвращением добавить: — Ромео.
— С помощью информатора, услугами которого мы пользуемся много лет. Мы думали, это невозможно, но мой заместитель Питер Клут провел полномасштабную операцию, которая, похоже, успешно завершилась. Должен признать, я удивлен. Это просто лишено смысла.
— Давайте прервемся и продолжим совещание после того, как угонщики обнародуют свои требования, — предложил Френсис Кеннеди.
Его словно озарило: с ужасающей ясностью он представил себе весь план, которым так гордился Джабрил. И впервые серьезно испугался за безопасность дочери.
Требования Джабрила поступили в коммуникационный центр Белого дома во второй половине дня, переданные вроде бы стремящимся помочь султаном Шерхабена. Первое: пятьдесят миллионов долларов за самолет. Второе: освобождение шестисот палестинцев из тюрем Израиля. Третье: освобождение Ромео, только что захваченного убийцы папы, и его доставка в Шерхабен. Джабрил предупреждал: если в течение двадцати четырех часов его требования не будут выполнены, он расстреляет одного заложника.
Френсис Кеннеди и его ближайшие помощники собрались в большой северо-западной столовой на втором этаже Белого дома, чтобы обсудить требования Джабрила. Антикварный стол накрыли на шестерых. Френсис Кеннеди сидел во главе. Элен Дюпрей, Отто Грей, Артур Уикс, Юджин Дэззи и Кристиан Кли — по бокам.
Френсису Кеннеди удалось поставить себя на место террористов, прочитать их замысел, как открытую книгу. Прежде всего они стремились унизить Соединенные Штаты, показать всему миру, что их могущество — фикция. И Кеннеди не мог не признать, что Джабрил нанес мощный психологический удар. Кто будет серьезно воспринимать Америку, если несколько вооруженных людей и маленький султанат ткнут ее лицом в грязь? Должен ли он пойти на это ради того, чтобы его дочь вернулась домой целой и невредимой? Однако, может, интуиция, может, дар предвидения подсказывали ему, что сценарий на этом не заканчивается, что впереди ожидаются новые сюрпризы. Но говорить Кеннеди ничего не стал. Наоборот, дал высказаться другим.