Зато мы набрели на местный аэродром – кажется, даже самолёты времён Империалистической здесь сохранились и продолжают летать. Да – Южная Америка такая, в ней много старинных вещей. Мы с Олей поинтересовались, нельзя ли пройти обучение и получить удостоверение пилота? Оказывается – можно. Причём недорого. Деньги у нас с собой были, так что через считанные минуты я уже занял место в кабине и попросил разрешения на взлёт.
Инструктор, кажется, изумился моей самоуверенности и позволил. Ну а там стандартная программа взлёт-посадка с заученным облётом поля. Короче, по здешним меркам, я уже вполне состоявшийся лётчик, но деньги, внесённые за обучение, возвращать тут не принято, поэтому я могу за них беспрепятственно отлетать самостоятельно. С Олей получилось точно так же. Только для этого нам выделят машину без двойного управления.
Биплан был английским, назывался «Де Хэвиленд» и мало чем отличался от старого доброго У-2. Я уже подумывал о том, чтобы отправиться на поиски не верхом, а по воздуху, но сообразил, что садиться на неподготовленные поверхности мы пока побаиваемся – маловато у нас опыта. Зато осмотрели окрестности на сотни километров вокруг, даже долетели до самой Рио Негро – по прямой тут всего двести километров точно на север. В общем, горючее на внесённую за обучение сумму мы сожгли достаточно быстро, получили удостоверения и отправились в давно намеченный путь.
Нет, лишние сотни километров верхом меня по-прежнему пугали – сели на пароход, который по Ла Плате дошел до устья реки Уругвай, потом свернул в Рио Негро и добрался до конца своего маршрута – до мест, где дальше глубины уже не позволяли двигаться. Тут на него как раз грузили целое стадо коров, а мы, соответственно, сошли на берег и поехали своей дорогой. Лошадки доплыли вместе с нами. Две верховых и одна под вьюком.
Эта поездка для нас оказалась медовым месяцем. Мы неторопливо ехали вдоль левого берега, внимательнейшим образом любуясь непритязательным пейзажем. Тут слегка всхолмлённая равнина, где растут богатые травы. Кусты или деревья теснятся у воды или изредка поодиночке или небольшими группами встречаются в произвольных местах. Люди – сплошные пастухи со своими стадами. В основном их мы и расспрашивали. Да и некого тут больше спросить – оседлого населения почти нет. Изредка встретится подобие фермы, где и пашня имеется, и огороды. Мы в такие места тоже заглядывали.
На ночь вставали каждый раз на новом месте. Палатка, костёр и ночная прохлада, потому что днём жарко. Хотя и не пекло – ветер помогает переносить зной. Останавливались мы всегда у реки – и сами купались, и лошадок поили. Опять же трава в таких местах самая сочная. Ныряли, конечно, наудачу. Я ещё дома сделал для нас маски с овальным стеклом – так сказать, классика. И ласты из транспортёрной ленты. В Монтевидео многое можно купить – это далеко не захолустье. В отличие от центральной части страны.
А в этих местах даже захоронения и то редкость. Хотя, если без присмотра, скорее всего холмики с годами оплывут, а кресты сгниют. Сами мы наткнулись только на одно – довольно старое. Остальные нам указали пастухи. Но они же рассказали и о том, кто там похоронен и примерно когда. Под наш случай ничего не подошло. Только через месяц в одном из селений – между домами тут было по нескольку километров, но хотя бы соседние были видны невооружённым глазом – оказалось кладбище и даже католический храм со своим падре. Вот этот падре и припомнил, что его коллега сказывал о том, что года три тому назад совершал погребальный обряд сразу по четверым убиенным.
Мы сразу отправились по указанному адресу и через двое суток добрались до аналогичного поселения на другом берегу Рио Негро выше впадения в неё Такуарембо. Понятно, что креститься по-католически мы умеем, и крестики на шеях носим – то есть по умолчанию нас принимают за своих, и никаких недоразумений на религиозной почве не происходит. Так вот – этот самый падре покопался в своих книгах и чётко выдал дату, приметы усопших и характер ранений – огнестрельные.
А ещё он назвал имя пастуха, доставившего ему тела. Вот пастуха мы и искали ещё три дня. Этот тоже ничего не имел против того, чтобы поведать нам всю историю до малейших подробностей, особенно под бутылочку вполне приличного рома – мы возили с собой некоторый запас, чтобы добавлять в воду перед питьём. Забористый такой ром – градусов семьдесят.
А еще за пару бутылок (в том числе и последнюю) он даже место нам показал и обрисовал всё в лицах – кто где лежал и в какой позе. О том, куда подевались пистолеты, мы нашего благодетеля спрашивать не стали. И без того понятно, что зона поисков сократилась для нас буквально до десятка гектаров, что уже вполне посильно. А там мы и сами ящики отыскали – здесь река заметно уже, чем в низовьях, да и глубины невелики – нырка с тридцатого удалось нащупать в иле твёрдую угловатость ящика.