— Принеси Ахтару его плату. — хумус не отворачиваясь от бутылки с вином, приказал пажу. Тот, стоя на месте круто развернулся и вышел из комнаты. Не было его пару минут, но вскоре он явился, неся в руках чековую бумажку. Муириан сразу поморщился. С этим нововведением он был не очень хорошо знаком, но его коллеги уже хвалят эти бумажки.
Гномы те еще затейники, придумали такие записные книжки, которые нельзя подделать, особая магическая печать, присутствующая на каждой такой бумажке была застрахована от возможных подделок. Пару знакомых Муриана уже пытались подделать эту дрянь, и у них не получилось. Нужно как минимум быть мастером магов земли, а такие профессионалы были только у гномов, те, что были у хумусов и в подметки им не годились.
Местные маги земли не то, что сдвинуть скалу не могут, а даже валуны, как катапульты не могут кидать. В давние времена, когда гномы воевали на поверхности, они показали, что их маги могут такое. Тогда, Смеющийся король впервые познал поражение.
Бумажка гномов перекочевала в лапы Муриана. Он повертел бумажку, посмотрел на нее внимательно, проверил в свете пламени из — под камина и довольный убрал ее себе за пазуху. Все же, он тоже доволен этой штукой, если бы он хоте взять монетами, ему пришлось бы прилично потягать увесистый мешок с серебром и золотом.
Обменявшись любезностями, Муриан покинул дом ювелира и двинулся к темному переулку, попутно смотря по сторонам. Конечно, если бы его хотели взять в доме, они-то бы сделали, там намного удобней, тем более что шумихи во круг не будет, и городская стража не придет. Тут же, его могут поджидать коллеги по цеху, такие же, как и он, только с гнильцой. Вор у вора не берет. Неписанный закон его профессии. Правда, всегда будут такие выродки, кому плевать на все и всех. Поэтому, Муриан всегда держал ухо востро, жизнь у него одна, а монет в кошеле и того меньше.
Ночью банк гномов не работает, по естественным причинам, поэтому Муриан намурлыкивая веселенькую песенку довольный шел по улице в сторону знакомого борделя, а гномья бумажка согревала его ранимую душу.
Всю ночь Муриан отрывался по полной, а потом спал пол дня. Разбудили его только к обеду, и он довольный поплелся в свой временный перевалочный пункт, к Скаргу.
В таверне его не было, от трактирщика он узнал, что Скарг отсутствовал уже пару дней и скоро должен был вернуться. Муриан не особо торопился свалить из столицы, поэтому пару дней выделил на то, чтобы как следует рассмотреть город и найти пару хорошеньких мест для схрона. Сейчас туда было нечего положить, но вдруг в будущем ему понадобится схрон.
Торговый квартал, как всегда, был наводнен торговцами и ремесленниками. Все пытались продать или купить нужные товары в хозяйстве. Особенно выделялись доверенные слуги аристократов, они гордо ходили между торговыми рядами и придирчиво рассматривали товары. Ушлые торговцы, видя доверенное лицо высокородного, показывали ему самый лучший товар, никто не хотел проблем с ними, да и если купит у него товар, будет ему большой выигрыш в монете. С такими работать очень сложно, обычно рядом с такими слугами ходил охранник и пара носильщиков, если не больше.
— Чем бы заняться? — вслух произнес Муриан. Вопрос был важен для него. Перед отбытием в родной лес он хотел закончить все дела в Милании и двинуться дальше по континенту, а именно в Империю. Чем конкретно он там будет заниматься он не знал, но его там давно не было, да и о нем уже все забыли, а если и помнят, то малолетним юнцом, сбежавшим с рудников великого Императора.
Лениво наблюдая за толпой, Муриан стоял возле стены дома и пожевывал травинку. Поток людей был плотным, как никогда, все торопились по делам. Только грузные телеги крестьян, запряженные медленными копытными, шли посреди потока и разрезали его, как нож масло.
— Дорогу его высочеству!
— Дорогу! — многоголосый сомн голосов не предвещал ничего хорошего.
Толпа людей заволновалось.
— Сейчас будет давка. — авторитетно заверил Муриана крепкий мужик. Тот после своих слов, без слов подхватил ближайшую девчонку, пробегающую мимо него, и легко поднял ее под подмышки и усадил себе на плечи. Та от неожиданности застыла и больше не двигалась, только повернула голову в сторону криков.